Книга Исцеление огнем, страница 13 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

К семнадцатому году гражданин Муравьёв был уже конченым персонажем, окончательно потерявшим берега. Отсюда его идеи женских батальонов смерти в период правления Временного правительства, а также повышенная кровожадность на начальном этапе гражданской войны. Тогда массовые казни и обстрелы жилых городских кварталов хаотичным огнем из артиллерийских орудий были приняты в широкой практике только отдельными отморозками из числа белых, скорее всего, подверженных той же наркотической зависимости. Еще деятельность Муравьёва и его подручных напомнила мне укробандеровских карателей моего родного мира, терроризировавших обстрелами Донецк, Горловку, Луганск и другие города Донецкой и Луганской Народных Республик. А это такое сравнение, что хуже не бывает.

— К-к-кто вы такой, господин Серегин? - с трудом произносит выпучивший глаза Муравьёв, которого била крупная дрожь.

— Спросите об этом у вашего подельника гражданина Карелина, - ответил я. - Он со мной знаком еще с тех времен, когда я помогал Советской России уладить вопрос с Брест-Литовским мирным договором.

— Да, Михаил Артемьевич, - подтвердил Карелин, - с товарищем Серегиным мы познакомились именно в Брест-Литовске, когда он со своими головорезами ворвался на переговоры, чтобы повернуть их нужным себе образом. И даже германский генерал Гофман, прежде гордый и надутый, будто гамбургский петух, после его визита сразу поделался скромным и робким, как институтка. И первое, что товарищ Серегин сделал, оказавшись среди нас, арестовал всю советскую делегацию, а потом приказал повесить представителей Украинской Центральной Рады и случайно подвернувшегося под руку Мехмед Талаат-пашу, виновного в резне армян. При этом месье Троцкому за лишние разговоры от его людей достался пинок ниже пояса, после чего товарищ Серегин заявил, что человек, призывавший к самому неограниченному революционному насилию, не должен обижаться в том случае, когда насилие будет применено к нему самому. Сразу должен сказать, что это очень могущественный человек, или даже не совсем человек, с высоты своего положения члена большевистского ЦК, самовластного монарха и владельца сильной частной армии с одинаковой легкостью разговаривающий и с товарищем Лениным, и с бывшим царем Николаем, и с императором Вильгельмом. Но самое главное даже не это. Как говорят в его вотчине, Тридесятом царстве, где я провел некоторое время, товарищ Серегин служит непосредственно самому Всемогущему Творцу Всего Сущего, а это значит, что оказывать ему сопротивление считается полным безумием... - В горле у оратора запершило, и он закашлялся.

— Но ведь Бога же нет! - воскликнул совершенно обалдевший Муравьёв.

— Если Бог самолично не вмешивается в повседневную людскую суету, то это еще не значит, что его нет, - сурово отчеканил я. - Совсем даже наоборот. Бог - это не небесный император и не мелочный злобный чиновник, карающий за малейшие отклонения от не им выдуманных правил. Творец Всего Сущего сначала создал человека, вылепив его из дикого двуногого зверя, а потом усыновил, вдохнув в него частичку своей Бессмертной Души, не забирая при этом Свободу Воли, присущую любому высшему живому существу. Именно поэтому Христос учил апостолов в молитве обращаться к Богу как к Небесному Отцу, и в проповедях сравнивая своих учеников как послушных детей Божьих, которым их Отец даровал свою любовь, с непослушными детьми-иудеями, которым Всевышний дал Закон. Все важные слова Христом уже сказаны и все истины открыты, и, казалось бы, Золотой век, когда все население Земли станет друг другу братьями и сестрами, уже не за горами. Но в силу своего происхождения от диких двуногих зверей люди устроены так, что в одно ухо у них влетело, а в другое вылетело: здесь они помнят, здесь не помнят, а здесь в книге масляное пятно, потому что на открытую страницу клали копченую рыбу. А еще они понимают не так, как правильно, а как удобно и привычно, поэтому Отец Небесный, о котором учил Христос, трудами Отцов Церкви следующих веков очень быстро стал жестоким Господином, а Дети Божьи превратились в его рабов. И теперь работа специальных исполнительных агентов, таких как я, состоит в том, чтобы, где рукоятью, а где и лезвием меча, вбивать в пустые головы вечные истины и оказывать при этом помощь всем тем, кто самостоятельно встал на путь Истины.