Книга Год 1914-й. До первого листопада, страница 53 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Ильич поступил правильно, прошептав свой вопрос на ухо товарищу Антонову.

— А это, – так же тихо ответил ему старший лейтенант, – бывшие хозяин и хозяйка Земли Русской, которых наш Командир отставил от власти в предыдущую для нас кампанию тысяча девятьсот четвертого года. Теперь они у нас тут приживалы-нахлебники с открытым листом, ибо даже простейший умственный труд для последнего русского царя оказался непереносим.

— Отставил? – ошарашенно спросил Ленин. – Но как?

— Обыкновенно, – пожал плечами Антонов, – пришел, предъявил полномочия свыше и изъял царское семейство для перевоспитания. А когда стало понятно, что перевоспитывать там нечего, мой Командир провел рокировку с подстраховкой, разменяв на троне Николая на его брата Михаила. Ну а отвергнутый царь проводит теперь время в праздности и безделье, и, кстати, не он один. Наш Командир крайне не любит убивать вне поля боя, особенно тех, кто уже перестал представлять опасность.

— Ну и что! – вскинул голову Ленин. – И тот, и другой Романовы – а значит, отъявленные мерзавцы!

Старший лейтенант Антонов тихим голосом произнес:

— Михаил Александрович – и как человек, и как монарх – есть прямая противоположность своему брату, будто они не родные люди. Впрочем, этот разговор сейчас беспредметен и преждевременен; сначала вы узнаете, что и откуда взялось, а потом будете разговаривать на эту тему с нашим Командиром. Кстати, мы уже пришли, прошу.

Ильич шагнул за порог и остановился. Действительно, библиотека с читальным залом. Стеллажи с книгами, столы для чтения, небольшое количество посетителей… и благоговейная тишина, в которой слышен лишь шелест перелистываемых страниц.

— Вот, товарищ Потапова, товарищи Владимир Ульянов-Ленин и Инесса Арманд, – сказал старший лейтенант, подведя гостей к рабочему месту библиотекаря, – прошу любить и жаловать. Оформите, пожалуйста, на них карточки и выдайте ознакомительный комплект книг для людей подобного рода занятий. Пожалуй, «Историю СССР» и «Историю КПСС», а уже потом товарищ Кобра или кто-нибудь еще из тех времен доскажут то, что было после нас, и объяснят им политику нашего Командира. А я пас.

— И, пожалуйста, если можно, – набрался храбрости Ильич, – дайте тетрадь для заметок и карандаш. Как я понимаю, это будет чертовски интересная работа…

Шестьсот семидесятый день в мире Содома. Вечер. Заброшенный город в Высоком Лесу, Башня Силы.

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский.

Прописали свежеизъятого Ильича (вместе с его спутницей Инессой Арманд), как философа и литератора, в Башне Мудрости, ибо Башня Власти ему была категорически противопоказана. Сколько он там у нас процарствовал – года четыре? А потом – инсульт, мозги всмятку и три года растительного существования. Башня Власти того же результата добьется за одну ночь, но нам такого не надо. Впрочем, и визит к Лилии мы так сразу вождю мировой революции устраивать не стали. Вот согласится Владимир Ильич сотрудничать, причем добровольно – будет ему тогда здоровье как у космонавта, – а нет, так нет. Убивать вождя мировой революции я в любом случае не стану (ибо обещал Сосо сохранить ему жизнь), но и активным политиком Владимиру Ильичу Ульянову-Ленину больше не быть, потому что это очень опасный человек.