Книга Оперативное вмешательство, страница 51 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— И что вы предлагаете, госпожа Мэри – сразу секвестр? – спросил Михаил.

— Нет, – покачала та головой, – на данном этапе секвестр преждевременен. Ведь если предприятие Ротшильдов оказалось замешано в организацию беспорядков, то господа британские акционеры ни в чем подобном не замечены. Разработанное нами коллективное трудовое соглашение – это не закон, а продукт доброй воли договаривающихся сторон. Если одна из сторон утрачивает эту добрую волю, это не может влечь за собой никаких санкций со стороны закона. В таком случае следует прибегать к такому крайнему случаю разрешения трудовых споров, как забастовка.

— Вы считаете, что Мы должны вернуть к тому, от чего пытались уйти? – немного раздраженно спросил Михаил.

— Это должна быть цивилизованная забастовка, – сказал Стопани, – без погромов и беспорядков, и затронуть она должна только те предприятия, владельцы которых решат нарушить разработанное нами коллективное трудовое соглашение. Разумеется, такое возможно только при невмешательстве в это дело властей и при поступлении некоторых средств в забастовочный фонд, чтобы поддержать борющихся за свои права рабочих…

— Так надо, Михаил Александрович, – поддержал я Стопани, – ибо без инструмента принуждения к социально ответственному поведению подписанный при нашем содействии документ стоит не более чем лист бумаги, испачканный чернилами. Я лично внесу в забастовочный фонд часть необходимой суммы, и надеюсь, что вы последуете моему примеру. Так же, ибо подобное лечится подобным, я обязуюсь вооруженной силой пресекать любые незаконные способы прекращения забастовки, а вы на такие методы должны реагировать угрозой секвестра. Окончательно этот вопрос может решиться после того, как британское правительство, наконец, отреагирует на разгром Россией своих японских протеже. Отсутствие какой-либо реакции я списываю только на то, что события в Манчжурии произошли слишком быстро, и неповоротливый бюрократический аппарат Британской империи на них просто не успел отреагировать. Вот когда до господ в Лондоне дойдет вся полнота сложившейся картины – тогда и начнутся военные пляски с бубнами…

— Вы так думаете, Сергей Сергеевич? – с некоторым сомнением произнес Михаил. – Ну что же, тогда положимся на ваш опыт. Но только, Александр Митрофанович, эта забастовка должна быть действительно цивилизованной и не выходящей за предписанные рамки, а начать ее стоит ровно в тот момент, когда станет известно об отстранении от должности господина Тагиева. А далее – без вариантов: либо полное подчинение нашим требованиям, либо война до победного конца. Меня в этом деле волнует другое. Если Великобритания и в самом деле начнет против России враждебные действия, то Мы должны будем секвестрировать всю собственность ее подданных, а не только нефтяные месторождения и золотые прииски. Но, по Нашему глубочайшему убеждению, государству не следует владеть бумагопрядильными и ситценабивными мануфактурами, а также лесопильными предприятиями, ибо это пойдет ему только во вред…

— В таком случае, – сказала Мэри, – вам необходимо пустить секвестрированные предприятия с аукциона. Условий для участия в нем может быть только два: первое – это непременно должны быть ваши подданные, второе – новым владельцам следует выполнять все требования по выплате рабочим заработной платы и обеспечению условий труда. Передел собственности – это нормальное явление при развитом капитализме, ибо подданные обязаны расплачиваться своей собственностью за неразумные действия правительства.