Книга Севастопольский блиц, страница 65 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Дальше я принял рапорт у Гая Юлия, получил у Клима Сервия отчет по ходу восстановительных работ и производству заказанных мною компонентов высокотехнологичного оружия и экипировки, а потом похвалил изменения во внешнем облике Виктории Клары, которой совершенно нечего было мне доложить, ибо корабль находился «на грунте». Он, этот облик, стал вполне женственным с полным отсутствием мужских обертонов. Покончив со всем этим, я собрался было идти дальше, в свою императорскую каюту, где планировал без лишних свидетелей (отец Александр не в счет) переговорить с графом Орловым при посредстве уже восстановленного к данному моменту высокотехнологичного оборудования, как вдруг Тит Павел спросил:

— Ваше императорское величество, разрешите задать вопрос присутствующему здесь отче Александру?

Мы с отцом Александром ошарашенно переглянулись. Прежде псевдоличности не выказывали никакого интереса к религии, и данный вопрос застиг нас несколько врасплох. Насколько я понимаю, там у них в Империи практиковался выхолощенный до неузнаваемости вариант католицизма. С одной стороны, на войне и в космосе атеистов нет. С другой стороны, я думал, что псевдоличности, уже как бы перешагнули некий барьер и безразличны к вопросу жизни и смерти. Но я ошибался. После моего разрешения задать вопрос Тит Павел немного помялся (вот уж не знал, что псевдоличности умеют смущаться) и спросил:

— Честный отче Александр, скажите, а у нас есть душа?

Какой короткий вопрос – и какой сокрушительный эффект… Как говорится, хоть стой хоть падай. Отец Александр тоже задумался, или, точнее, впал в транс, перебирая четки, но это, скорее, из-за того, что он переадресовал вопрос Тита Павла своему патрону. И тишина – мертвая, можно сказать, гробовая; кажется, даже граф Орлов забыл, как дышать…

Прошла примерно минута, или даже чуть больше, потом отец Александр вышел из транса, обвел взглядом голограммы псевдоличностей, ожидавших ответа с тревожным напряжением, и погромыхивающим басом произнес:

— Сам это вопрос, сын мой, несет в себе ответ. Тот, у кого нет души, не будет интересоваться ее наличием. Многие из так называемых людей имеют биологические тела, едят, пьют, испражняются, занимаются актами размножения, которые при этом называют любовью и даже якобы мыслят, но души при этом не имеют. Это даже не грешники, а так, двуногие говорящие животные. А у вас, раз вы откликнулись на Призыв, несмотря ни на что иное, душа все-таки есть. Если вдруг случится так, что ваше последнее обиталище будет разрушено, то вы не исчезнете в никуда. Мы примем вас у себя в объятиях как родных…

— Отче, – взмолился Тит Павел, – но ведь мы ужасно грешны?! Ну, пусть не мы, пусть наши исходные составляющие, но все равно; мы убивали по приказу и без, совершали ужасные злодеяния, уничтожали население целых планет, прислуживали самым жестоким тиранам и всеми силами способствовали тому, чтобы в нашей Вселенной усилилось Великое Зло. Скажи нам, как нам быть и чем мы можем искупить содеянное?

— Вы дали клятву верности капитану Серегину, Великому князю Артанскому и моему верному соратнику – громыхнул голос отца Александра, – так будьте же верны этой клятве. Верно служа ему – вы служите мне. Службой этой вы искупите все грехи прошлых злодейств и будете прощены. Да будет так!