Книга Ярость славян, страница 29 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— …а враги смертоносные, – добавил я, – ты, уважаемый Ратибор, не ходи вокруг, как лис вокруг западни. Нужен тебе князь-защитник – будет тебе такой. Но обо всех этих условиях, чтобы жить как по старине, ты и думать забудь. Громить обров и строить в этих краях сильное славянское государство я все одно собирался, с вами или без, ибо такова моя задача. Все остальное же от лукавого Чернобога.

— Т-с-с-с! – сказал Ратибор, суеверно подув через плечо, – не поминай проклятого всуе, княже. Скажи лучше, велико ли твое войско?

— Две тьмы (двадцать тысяч), – ответил я, имея в виду и боевой, и вспомогательный состав.

Ратибор снял шлем и почесал затылок.

— У проклятого аварского кагана Бояна шесть тем (шестьдесят тысяч), – задумчиво сказал он, – две тьмы обрские, три тьмы булгарские, и еще одна из разных приставших по пути народов. Как мыслишь, княже – сдюжишь?

— Сдюжу, – ответил я, – ведь обры пришли сюда грабить, а грабить, сжав руки в кулаки, не очень-то сподручно. Придется им, шаря по этой земле, растопырить пальцы, а мы своим кулаком эти пальцы пообломаем. Ведь уже сейчас каган Баян уже разбил свое войско на части, одна из которых оказалась слабее моей армии. Дальше будет больше, ты уж поверь. В поисках ваших селений от жадности обры начнут делить свои войска на тысячи, на сотни и чуть ли не на десятки. Вот тут-то к ним и придет большой полярный лис и всех перекусает…

— Не понял, княже, – удивился Ратибор.

— А тебе и не надо, – ответил я, – это у нас, у русских, такое заклинание на полное уничтожение врага.

— Я помню, Добрыня говорил, что все вы там Великие колдуны, – ответил Ратибор с некоторой долей благоговения и вздохнул, – эх, была не была! Пусть будет по-твоему, княже. Мы, старшая дружина народа антов, зовем тебя к себе князем без всяких на то условий и просим, чтобы ты защитил и оборонил наши земли и наш народ от ужасных обров, и клянемся быть тебе в этом верными соратниками…

— Учти, Ратибор, – сказал я, – государство я буду строить в основном по ромейскому образцу, исключая, конечно, некоторые самоочевидные их благоглупости. Зачем изобретать то, что уже кто-то изобрел до нас… Если вы согласны на эти условия, то мы с вами можем немедленно принести Большую Клятву, после чего я буду служить вам, а вы мне.

— Да, – с некоторой торжественностью сказал Ратибор, – такую клятву мы, вои, тебе принесем. Скажи только, что нам надо делать?

— Все просто, – сказал я, – сперва вы кладете оружие на землю, потом мы клянемся на нем, после чего вы забираете обратно свои мечи и топоры, которые как бы становятся частью моего меча бога оборонительной войны. Когда вы будете драться этим оружием за правое дело, то силы ваши удвоятся, а если за неправое, то полностью иссякнут. Только сразу предупреждаю – обратной дороги не будет.

— А не надо нам обратной дороги, – нахмурился Ратибор, – кто ее ищет, того хорты по оврагам доедают.

И мы поклялись, после чего, за исключением погибших и разосланных еще Идаром с разными поручениями по градам и весям, в мои ряды влилось двести пятнадцать человек. Как самостоятельная боевая сила, эти люди значили очень немного, но я планировал использовать их как командиров для пешего племенного ополчения, качество которого я не смогу и не успею довести до приемлемого уровня. Но ведь должен же кто-то беречь границы нашей новой державы и с лодок-моноксилов высаживать десанты на вражеской территории.