Онлайн книга «Проклятый мир Содома»
|
Но и в заброшенном городе я без дела тоже не осталась и помогала выгружать из штурмоносца раненых лилиток и относить их в купальни на первичную магическую обработку. Многие из них были так страшно изранены, что жизнь в них держалась только благодаря лечебной магии. Санитарный конвейер русских работал без перебоев, и только мы с бывшими жертвенными «овечками» херра Тойфеля успевали провести через регенерирующие ванны в купальнях одну партию раненых, как снова прилетал штурмоносец, и все начиналось сначала. И только изредка среди раненых лилиток попадались наши пехотинцы, и то у них были только легкие ранения. Безумный конвейер боли и беды – вот что такое любая большая битва. Это хорошо, что здесь у нас под рукой был магический фонтан, мальчик Дима Колдун с его заклинаниями регенерации, маленькая богиня Лилия, способная творить чудеса. А не будь этого всего, большинство этих женщин не выжили бы. Когда-то я сама оказалась в их положении – и меня не бросили, вылечили и подняли на ноги, а потом начали учить уму-разуму. Когда все кончилось, я присела в уголке вместе с несколькими бывшими жертвенными «овечками» херра Тойфеля, и все мы как следует выплакались, постаравшись привести себя в порядок к тому моменту, когда в заброшенный город начнут возвращаться победители. Когда они вернулись, то в нем стало тесно, как на базаре в воскресный день; множество перешедших на нашу сторону лилиток заполнили даже те кварталы, которые ранее пустовали за ненадобностью. Стало шумно и тесно, а взятые в поход полевые кухни едва успевали кормить эту орду. А ночью начался Призыв. Гауптман Серегин звал к себе всех Верных, и от этого я неожиданно проснулась с пересохшим ртом и бьющимся где-то под горлом сердцем. Это было так волнительно и прекрасно, насколько только можно вообразить. За таким счастьем я могла бы бежать хоть на край света, ведь Серегин – лучший из известных мужчин в моей жизни, звал меня к себе. И я понимала, что нужна я ему только как воин, а не как женщина, но все равно была готова бежать за ним хоть на край света. В ту ночь я так больше и не ложилась. С большим трудом дождавшись рассвета, я оделась и побежала на площадь с фонтаном, и вместе со мной были мои подруги Хельга и Урсула, которые тоже услышали Призыв. Кстати, из того квартала, в котором квартировали мы, тевтоны, выходило совсем мало народу, зато с другой стороны главной улицы, где были поселены бывшие жертвенные «овечки» херра Тойфеля, девки валили просто валом. Видимо, Призыв доставал их одну за другой, и они, поднявшись со своих постелей, одевались и выходили на улицу. До какой-то степени это даже казалось страшным – все девки шли на площадь молча, совсем не разговаривая между собой, слышался только стук подошв или шлепки босых ног, если дело касалось рослых плечистых боевых лилиток. А там, на площади, толпа все уплотнялась и уплотнялась, а солнце поднималось все выше; и вот на площади уже яблоку негде было упасть, а девки все подходили и подходили. Одними из последних появились амазонки, и среди них эта задавака Агния вместе со знаменем. И почти сразу же появился Он – солнцеликий и лучезарный, дорогой и любимый, великий герой, совершивший многое, что невозможно для простого человека, который наконец достиг божественности… |