Книга Прибежище богов, страница 138 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

То ли дело бывшие девочки-овечки, из которых падре Александр изгнал дух херра Тойфеля и дал им вполне тевтонские женские имена: Хельга, Хелена, Мария, София, Катрина… Как сказала мне Кобра, скорее всего такие имена были выбраны за то, что по-русски этих девочек тоже будут звать очень похоже. Не знаю почему, но мое русское имя Маргарита звучит совсем непохоже на Гретхен и мне пока еще очень сложно отзываться на Риту или на Марго вместо Греты. Но жизнь такова, что если я хочу жить среди русских, я ничем не должна от них отличаться. Будь как все и не выделяйся – говорил мне мой дедушка, и я ни разу не пожалела о том, что выполняла этот его совет.

Кстати, с амазонкой Агнией занимается лично Кобра, а мне приходится возиться с бывшими овечками. Вот именно что возиться, потому что они хоть и очень старательные, но еще очень слабые, там в лагерях их кормили очень плохо, и их постоянно шатает ветром. Ни отжаться, ни сделать пробежку они пока не могут. Даже с учетом лечебной магии, которую к ним применяет богиня Лилия, и восьмиразовой кормежки – до того момента, как они полностью придут в себя, пройдет еще дней двадцать, или даже целый месяц. Организмы у всех разные, говорит Лилия, и улучшение у них тоже наступит по-разному.

Кстати, вчера я наблюдала настоящее чудо. После того как падре Александр давал бывшим «овечкам» человеческие имена, окуная их с головой в реку, Лилия проводила своим большим пальцем по их вытатуированным на внутренней стороне предплечья номерам – и те исчезали бесследно, как будто их никогда и не было. Падре говорит, что это необходимо, чтобы бывшие «овечки» порвали со своим прошлым и забыли о нем – и я считаю, что это правильно. Я бы тоже забыла о своем прошлом, но оно постоянно пеплом стучит в мое сердце, спрашивая: «Где твои сестры, Гретхен?». И хоть довольно невелика (можно сказать, ничтожна) вероятность того, что среди этих пяти девочек есть кровь от крови моего отца, я все равно буду относиться к ним как к родным. Теперь именно они являются моими сестрами и моей семьей.

И меня тоже ждет обряд с окунанием в воду, после которого я перестану быть Гретхен и стану Маргаритой, только падре Александр говорит, что в отличие от бывших «овечек», которые разумом совсем как малые дети, мне к нему еще надо готовиться, умом и душой воспринимая то, во что мне предстоит верить. Я и готовлюсь – очень часто беседую со священником, со старшим унтер-офицером Коброй и фройляйн Анной, которые объясняют мне, как делать правильно и как не очень. А еще я занимаюсь со своими новыми сестрами – и все говорят, что это очень полезно для души.

И вот сегодня, когда я нянчилась со своими сестричками, ко мне подошла штурмгауптман Элизабет Волконски. Она такая же высокая аристократка, как и я, пусть в нашем Ордене это понятие и не очень-то в ходу. Отец говорил, что херр Тойфель не любит аристократов, потому что серой однородной массой легче управлять, и ее проще в нужный момент направить на убой в своих интересах. Люди не рождаются одинаковыми, и, конечно, в обществе должна быть справедливость (как говорит гауптман Серегин) и милосердие (как утверждает падре Александр), а также надо помнить, что гений может родиться в любой семье (по мнению фройляйн Анны), но все же такие, как мы – аристократы, прошедшие отбор несколькими поколениями – предназначены для того, чтобы вести вперед свои народы и подавать им своим поведением личный пример для подражания.