Книга В закоулках Мироздания, страница 76 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Вздохнув, я позвала Димку и вслед за широко шагающей Никой мы направились туда, где чуть поодаль собрались в кучку капитан Серегин, отец Александр и Змей. Капитан Серегин был собран и деловит, но его глаза при этом смеялись.

— С отцом Александром и Колдуном мне все более или менее ясно, – сказал он, – А теперь, дорогие дамы, колитесь – какими такими особыми способностями вы обладаете?

Мы с Никой в ответ на эти слова только растеряно переглянулись и дружно пожали плечами. Никаких особых способностей я за собой не подозревала, и Ника, судя по ее непонимающему виду, тоже.

— Дело в том, – пояснил Серегин, – что в ходе допроса пленного рыцаря-тевтона было установлено, что наше столкновение с ними было не случайным. Их отряд выдвинулся нам навстречу, получив информацию о том, что в селении, которое сейчас догорает за тем холмом, они должны будут захватить в плен выходцев из другого мира: старика, мальчика и двух женщин. Вот, отец Александр высказал предположение, что маги тевтонского ордена, или как там их еще называют, хорошо умеют обнаруживать появление людей с такими же, как у них, особыми способностями и напрочь не видят простых смертных. Так что, давайте, рассказывайте обе – в нашем положении никакая помощь не лишняя.

Мы с Никой снова отрицательно замотали головами, показывая, что ни о каких особых способностях у себя мы и знать не знаем и ведать не ведаем.

— Товарищ капитан, – неожиданно сказал Димка, – а можно, я попробую их разгадать – эти способности?

— Попробуй, Колдун, чем черт не шутит, – ответил Серегин, которому, видать, самому было очень интересно, – Что тебе для этого надо?

— Ничего, товарищ капитан, – ответил Димка, взяв в правую руку свой амулет, – Анна Сергеевна, дайте, пожалуйста, вашу руку.

— Какую? – машинально спросила я.

— Вообще-то без разницы, – ответил Димка, – но думаю, что все-таки лучше левую, потому что она от сердца идет.

Я протянула Димке свою левую ладонь, к которой он прикоснулся кончиками своих пальцев.

— Тепло, мир, дом, уют, крик птицы в вышине, – закрыв глаза, произнес Димка, – Сила очень большая, но рассеянная в воздухе, как солнечный свет в ясный полдень, – он открыл глаза, – Извините, Анна Сергеевна, но больше я пока ничего не вижу. Наверное, ваше пробуждение еще где-то впереди.

Знакомый мистический трепет вновь пробежал по моему позвоночнику щекочущей волной. Когда Димка вот так «колдовал», даже его речь становилась другой.

— А я? – с некоторым вызовом сказала Ника, протягивая Димке свою левую ладонь.

— Ого! – сказал тот, прикоснувшись этой ладони, – Сила очень велика и разрушительна, но заключена в такую прочную оболочку, что не может из нее вырваться. Прости, Ника, но я чувствую вот что – хоть в тебе и нет зла, но если то, что ты носишь в себе, выйдет из-под контроля, то ты можешь стать страшнее атомной войны. И хоть ярость твоя будет направлена против врагов, но плохо от этого станет всем – и правым и виноватым. Я так вижу, товарищ капитан.

И он, отпустив Никину руку, серьезно посмотрел на командира своими ясными серыми глазами.

— М-да! – крякнул Серегин, – вот и поговорили. А вы что скажете, отец Александр?

Священник на некоторое время задумался.

— Даже не знаю, что и сказать, – через некоторое время ответил он, – Во-первых, я сам еще не до конца освоился в своей новой роли, а во-вторых, мне не до конца ясны и способности отрока Димитрия. Все, что им сказано относительно Анны Сергеевны, больше всего подходит под определение Богоматери. Возможно, что ей суждено родить младенца, который станет Иисусом Христом этого мира. Что касается бойца Кобры, то тут у меня появляются аналогии из другой половины моей жизни. Она напоминает мне мощный фугас с непонятным типом взрывателя, настроенный на конкретного врага. Но в ней действительно нет зла и думаю, что мы не должны беспокоиться по ее поводу.