Онлайн книга «В закоулках Мироздания»
|
Выбравшись на берег, умиротворенные, покрасневшие и распаренные, мы присели на камни, нагретые уходящим за гору солнцем, для того чтобы немного остыть и обсохнуть. Мои распущенные мокрые волосы приятно разметались по спине. И тут я вспомнила, что у меня нет расчески… Это была катастрофа. Но кто же мог думать, что она мне понадобится? Я вообще пошла в поход налегке, даже без рюкзака, все необходимое лежало у меня в набрюшнике: телефон, карандаш, маленький блокнот, катушка ниток с иголкой и ножницы для срезания травы. Волосы я обычно носила собранными на затылке в роскошный конский хвост, распуская их только перед сном. Но теперь, когда я их намочила, надо же расчесаться – неужели я предстану перед мужчинами этакой лахудрой? — Ника, у тебя случайно нет расчески? – спросила я с робкой надеждой. — Извини, подруга, – хмыкнула Ника, – моя расческа осталась в рюкзаке. Но мне она не очень-то и нужна, обычно я обхожусь вот так… И она, показав мне свою пятерню, с довольным видом провела ею по своим волосам. Для ее волос, конечно, ничего лучше нельзя было придумать – они тут же встали у нее на макушке задорным ежиком. Но я приуныла. Если я сейчас не расчешусь, то через полчаса могу вполне конкурировать с Бабой Ягой… И тут подала голос Яна: — Анна Сергеевна, у меня есть расческа… Порывшись в карманах своих спортивных штанов, она протянула мне расческу, сделав самым счастливым человеком на свете. Милая Зайка, я ведь и забыла, что она всегда носит с собой эту расческу, подаренную мною же, то и дело приглаживая свою непослушную челку… Когда моя проблема была успешно решена, и на моем затылке вновь гордо красовался конский хвост – черный, с красноватыми мелированными прядями, мы стали одеваться. Наконец мы вышли из-за валуна. Мужчины давно уже закончили с водными процедурами и приступили к пережиганию собранных нами дров на уголь, которое предшествует священнодействию по приготовлению шашлыка. Солнце клонилось к горизонту, сумерки должны были наступить уже часа через два. Опустившись на свою пенку, чистая и распаренная, я только сейчас поняла, что смертельно устала. Полтора дня, полные потрясений, впечатлений и двигательной активности, вымотали меня до основания. Стоило прилечь – и мной тут же овладел здоровый, крепкий и несокрушимый сон… А разбудил меня божественный запах жарящегося над дымком мяса, невидимой струйкой вползающий в мои ноздри. Пребывая в том блаженном состоянии, когда мозги еще не включились, но реальность уже настойчиво вламывается в сладкий мир грез, я вяло недоумевала – откуда шашлык в нашей лагерной столовой? Мой не до конца проснувшийся разум не преминул поиронизировать – а может, наша начальница Вера Анатольевна распорядится еще и красного вина к ужину подать под шашлычок? Стоп! Какой лагерь, какая Вера Анатольевна? Словно вспышка молнии, мой мозг озарили воспоминания прошедшего дня, и вместе с этим пришло осознание реальности всего произошедшего – странной, нелепой, невероятной – но реальности. Так, значит, это все правда… События, начиная от нашего тайного побега из детского лагеря, встали перед моими глазами во всех подробностях, убеждая окончательно, что именно это и есть явь… И, в то время как одна часть моей души, растревоженная сном, все еще тосковала по той спокойной и предсказуемой жизни, что осталась за непреодолимой чертой, другая ее часть сладко замирала в предчувствии захватывающих приключений, необыкновенных событий и манящей неизвестности… |