Книга Балканы. Красный рассвет, страница 46 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

К британской идее нападения на Болгарию в турецком генштабе отнеслись крайне осторожно. Во-первых – болгарская армия, не столь многочисленная, как турецкая, была значительно более боеспособной. Драться на пороге своих домов ее солдаты будут неистово. Для турецких генералов было желательно, чтобы большая ее часть оказалась усланной куда-нибудь к шайтану на кулички – например, на Восточный Фронт. Но царь Борис тоже не дурак и не желает отсылать подальше свою армию. Во-вторых – вторгнувшись в Болгарию, турки совершенно не хотят задевать интересы других крупных игроков, то есть русских и немцев. И те и другие представляли для них смертельную опасность, даже воюя между собой. Был риск огрести невкусных «пряников» с обеих сторон сразу. Для вермахта вторжение турок в Болгарию – это угроза коммуникациям немецкой группировки в Греции, а русские просто неравнодушны к своим меньшим братьям и непременно начнут оказывать им помощь хотя бы действиями авиации. При этом те русские, которые советские – это давно известное зло и полбеды. Со своим классовым подходом они могут и проигнорировать геноцид – до тех пор, пока не будет слишком поздно. Проигнорировал же их господин Ленин геноцид понтийских греков только потому, что у тех ничего не двигалось в направлении социализма. Зато русские из-за Врат ужасны и непредсказуемы, а потому риск, что ответом на вторжение турецкой армии в Болгарию станет разрушительный налет их авиации на Анкару, неоправданно велик. Как это бывает, турки видели на примере Берлина – улица Вильгельмштрассе, разнесенная вдребезги по кирпичику, и похороны главных нацистских бонз…

— Осторожность, осторожность и еще раз осторожность, господа, – сказал своим сподвижникам президент Иненю, – в этой игре мы не равны никому, и если против немцев мы еще как-то можем сопротивляться, поскольку не граничим с ними нигде и никак, то русские давно облизываются на некоторые наши сопредельные территории.

— Силы нашей группировки в Карсе и Эрдогане даже несколько превосходят те войска, которые большевики собрали в своей Кавказской армии, – сказал фельдмаршал Фавзи Чакмак. – Думаю, что вражеское наступление в таких условиях не имеет перспектив.

— В наших условиях, – устало сказал Иненю, – надо считать не только солдат, но и артиллерийские орудия, танки и самолеты. А их у русских большевиков гораздо больше, как и опыта современной войны. Но намного опаснее русские из будущего. С ними мы не сможем чувствовать себя в безопасности ни при каких обстоятельствах.

— И в то же время, господин президент, – сказал министр иностранных дел Нуман Меменчиоглы, – у нас нет ни малейшей надежды на то, что про нас в ходе этой войны просто забудут. Господин Сталин человек – крайне злопамятный, а ведь мы за последние пару лет дважды входили в состав враждебных ему коалиций. Нам известно, что в свое время, в сороковом году, русские большевики уже ставили возможность аннексии Западной Армении и Черноморских Проливов как условие своего присоединения к Берлинскому пакту. Тогда господин Гитлер предпочел отказать наглым посягательствам, предпочтя вступить в союз с Турецкой республикой, но теперь-то все будет совсем не так. Разгромив Германию, русские станут настолько сильны, что смогут брать все, что им понравится, без чьего-либо разрешения. Прошли те времена, когда Турция могла один на один сражаться с Российской Империей. Теперь русские прихлопнут нас без особых усилий и даже не вспотеют.