Онлайн книга «Балканы. Красный рассвет»
|
Полковник Перье некоторое время внимательно вглядывался в меня. — Значит, мадмуазель Марин, – кивнул он наконец с серьезным видом, – вы «марсианка». Пришелица с той стороны Врат, существо могущественное и непостижимое по своей сути. Как же я сразу не догадался об этом, увидев перед собой девушку не от мира сего – можно сказать, самоуверенную, убежденную в своей правоте? Скажите же, о уважаемая пифия, что ждет нашу Милую Францию после того, как закончится весь этот кошмар и отгремят сражения? Ждет ли нас тотальная большевизация и повсеместные колхозы, или все останется таким, каким было до сорокового года? — Знаете, что я вам скажу, господин полковник, – с легкой насмешкой ответила я, – таким, как прежде мир больше уже не будет никогда, ибо нельзя дважды войти в одну и ту же реку, особенно после таких потрясений. Так и передайте своим людям. Что касается большевизма, колхозов и прочего – то все это зависит только от вас: чем больше вы будете вести себя как настоящие союзники, а не иждивенцы-нахлебники и попутчики, желающие по возможности избежать потерь, тем больше вам будет доверено самостоятельности и возможности самим решать свою судьбу. Начало этому делу положено, стартовый капитал уже есть; учите ваших людей военному делу настоящим образом и воюйте с фашистами так, как воевали французские солдаты во времена вашего Великого Императора Наполеона – и тогда будет вам счастье. Все в ваших руках. Ничем другим ободрить вас не могу. — Ну что же, мадмуазель Марин, – сказал полковник, пожимая мне руку, – вы сказали вполне достаточно, и большего нам и не надо. Мы запомним ваши слова, вышьем их на нашем знамени и, будем надеяться, пронесем его до самого Парижа. На этом интервью было закончено. Я отошла в сторону, крайне недовольная собой. Что-то пошло не так – не интервью получилось, а черт знает что и сбоку бантик… Короткую статейку о французах, перешедших на сторону Красной Армии, на основании этого визита написать можно, а вот пускать материал в эфир в таком виде – ни в коем случае. Расслабилась, одним словом, и сама наговорила лишнего. С нашими героями, да с пленными немцами общаться намного проще. С первыми разговор идет только обо всем хорошем, а над вторыми я могу издеваться как вздумается. Все равно они пленные враги, которые с самого начала виноваты как бы во всем. С так называемыми «союзниками» дело иметь тяжелее, их обижать ни в коем случае нельзя, а они, жертвы антисоветской пропаганды, так и стремятся тебя поддеть. Но и этот полковник Перье тоже хорош – думает, что его за этот поступок тут в попу будут целовать. Возможно, кто-то и будет, но только не я. Все в следующий раз напрошусь на поездку в корпус Катукова – это должно быть значительно интересней… 5 мая 1942 года, утро. Правобережная Украина, Винница, штаб группы армий «Юг». Генерал-фельдмаршал Герд фон Рунштедт[41] (67 лет) В здании штаба группы армий Юг (прежде там располагался Винницкий обком ВКП(б)) царила суета, красноречиво свидетельствующая о том, что эта солидная по местным меркам организация спешно сматывает свои удочки. Суетящиеся как на пожаре солдаты и офицеры в поте лица таскали в грузовики железные ящики с документами и картами, разбирали и упаковывали все, что можно было разобрать и упаковать (вплоть до того, что скручивали с обкомовских дверей большие бронзовые ручки). Они бы забрали и сами двери, такие хорошие, из полированного мореного дуба, и оконные рамы, и мебель и стекла и все-все-все, что не раскалено докрасна и не приколочено гвоздями – но на это не было уже ни времени, ни транспортного тоннажа. Командованию группы армий «Юг» требовалось как можно скорее собрать манатки и спасаться по способности, дабы не пополнить ягдташ марсианских охотников за генеральскими головами. Любят они отлавливать вражеских генералов живьем, а о том, что «марсиане» потом делают с захваченными в плен, генерал-фельдмаршалу не хотелось даже и думать. |