Книга Смоленский нокдаун, страница 101 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Еще несколько минут — и вот откуда-то позади приблизившейся линии легких панцеров будто из-под земли начинают появляться цепи знаменитой «марсианской» пехоты, закованной в свои персональные панцири. Тут же с северной окраины Довска начинают часто кашлять наши восьмисантиметровые минометы, которые наконец получили для себя доступную цель. Не по тяжелым же панцерам им стрелять? Но восьмисантиметровых минометов в нашей кампфгруппе имелась всего три батареи, после понесенных потерь в них было по четыре миномета, то есть всего двенадцать штук. Пятисантиметровые минометы, которых у нас было почти вчетверо больше, до «марсиан» пока не доставали. К сожалению, даже под минометным обстрелом «марсианская» пехота не залегла и не повернула назад, хотя было видно, что в цепи есть раненые и, возможно, убитые.

Не успел я порадоваться тому, что хотя бы минометчики сумели нанести какой-то ущерб столь страшному противнику, как вдруг, опять же с дальней от нас окраины лежавшей на стороне противника деревни Ямное, стали раздаваться методичные глухие хлопки. И первый же разрыв поблизости от позиций наших минометчиков показал, что на минометы у нас монополии нет, а также то, что «марсиане» опять обошли нас в размере, то есть в калибре. Их мины рвались как минимум как пятнадцатисантиметровые гаубичные снаряды. Каким-то образом они почти точно угадали расположение наших тяжелых^[30] минометных батарей, и после нескольких пристрелочных выстрелов перешли к стрельбе на поражение. Не прошло и нескольких минут, как минометный огонь с нашей стороны прекратился. Одна батарея погибла от взрыва штабеля с собственными минами, а две других понесли значительные потери в людях и минометах, после чего были вынуждены прекратить

И в этот момент я обнаружил, что, увлекшись борьбой с врагом на центральном участке обороны, я позабыл про фланги, где нас уже начали обходить вражеские панцеры и мотопехота, чья линия, первоначально совсем прямая, теперь изогнулась наподобие буквы «С», своими рогами уже почти перерезав шоссе Рогачев-Кричев западнее и восточнее Довска. Стыд и позор — вверенную мне кампфгруппу обошли по флангам, а я это только что заметил. Но парировать вражеский удар и восстанавливать положение мне было уже просто нечем. На центральном участке обороны обстановка тоже складывалась далеко не самым лучшим образом. В ближайшем будущем дело там дойдет до ручных гранат и бутылок с бензином, после чего бой может перейти в избиение побежденных торжествующим врагом.

Сам Довск, если посмотреть на него с пролетающего самолета, имеет форму креста, четыре стороны которого направлены к Могилеву, Кричеву, Гомелю и Рогачеву. Так вот, Рогачевское и Кричевское направления были уже перерезаны, а Гомельское находилось под обстрелом с трех сторон и, кроме того, на самый дальний его конец ворвалась «марсианская» пехота, тут же завязавшая ближний бой.

Как оказалось, сражаться на коротких дистанциях, в условиях деревни или небольшого города, «марсиане» умеют ничуть не хуже своих большевистских миньонов; и звуки схватки, выстрелы и разрывы гранат стремительно покатились к центру Довска. Кстати, от бутылок с бензином не было никакого прока, а некоторые наши солдаты пострадали напрасно, заживо сгорев только потому, что эти бутылки, такие нестрашные с виду, оказались разбиты пулями в руках или в то время, когда они мирно лежали в своих гранатных сумках.