Онлайн книга «Год 2000-й. Перелом эпох»
|
А вот это был удар на добивание. Утративший весь свой апломб украинский президент растеряно посмотрел сначала снова на Евгения Примакова, потом на меня. — Ну хорошо, господин Серегин, — убитым голосом произнес он. — Наверное, я могу считать себя вашим пленником. — Отнюдь, — ответил я. — Почетная капитуляция тем и отличается от безоговорочной, что сторона, потерпевшая поражение становится не пленником, а почетным гостем. Вам еще соответствующие документы подписывать, власть моим Наместникам передавать честь по чести и улыбаться при этом на все четыре стороны, как будто вы всю жизнь только и мечтали о таком исходе. Идемте, Леонид Данилович. Сначала я отведу вас в один свой дальний магический эксклав со сказочным названием Тридесятое царство. Леших, домовых и Бабу-Ягу мы там не держим, а вот Фонтан Живой Воды имеется. Ну и после того, как вы придете в себя от всех потрясений, я познакомлю вас с будущими наместниками. Впрочем, их имена вам и так известны из учебников истории. Новороссией будет руководить Семен Михайлович Буденный, а в наместники Малороссии я готовлю Дмитрия Петровича Неверовского. Я хоть и не коллега Воланд, но тоже всегда стараюсь класть подобное к подобному. 19 января 1995 года, 23 : 1 5 мск. Околоземное космическое пространство , линкор планетарного подавления «Неумолимый», императорские апартаменты Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи Господин Дракон из одноименной пьесы Евгения Шварца говорил, что настоящая война начинается внезапно. Добавлю — внезапно может случиться не только война. Буквально только что, поздно вечером, когда уже казалось, что не произойдет ничего интересного, орбитальная сканирующая сеть передала сообщение, что землетрясение в японском городе Кобе стало свершившейся данностью. В силу задержки на трое суток относительно Основного Потока (в Японии было уже двадцатое число, пять часов пятнадцать минут утра) сила первого толчка увеличилась, но весьма незначительно. Вот если бы задержка составляла месяц или больше, тряхнуло бы так, что небоскребы рассыпались бы как детские домики из кубиков. Впрочем, и в данном варианте нет ничего хорошего. Руин в Кобе хватает и при нынешней силе землетрясения. Около двух тысяч человек погибли мгновенно в своих постелях, еще вдвое больше количество местных жителей умрут в самое ближайшее время, потому что оказались погребенными под завалами или получили тяжелые травмы, в среднесрочной перспективе несовместимые с жизнью. То есть они умрут, если не вмешается наша Империя, потому что больше некому прийти им на помощь в разумные сроки. Когда проснутся в Токио, то господа депутаты и члены правительства ударятся в бесконечные заседания и дискуссии, посвященные двум вопросам: откуда взять деньги и через кого их потратить. То есть для кого-то случилась национальная трагедия, а кому-то пойдут дополнительные прибыли. Буржуазная либеральная демократия парламентского типа в любом своем изводе — она не про интересы народа, которые идут по остаточному принципу, а про контроль финансовых потоков. И грызться господа депутаты за то или иное решение этого вопроса будут насмерть, тем более что нынешний кабинет — трехпартийный, составленный по принципу лебедя, рака и щуки из представителей социалистической партии, либерально-демократической партии и выделившейся из среды либерал-демократов новой партии Сагикаке. Госпожа Аделла Коэна, досконально изучив этот вопрос на этапе предварительной подготовки, сказала, что это тоже Корпоративный Директорат, но в сильно завуалированном виде. За спинами господ депутатов и министров стоят крупные японские корпорации, которые и заказывают политическую музыку, поэтому разговаривать в этой компании эфемерных политических клоунов не с кем, не о чем и, самое главное, незачем. |