Книга Год 2000-й. Перелом эпох, страница 138 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

В таких условиях российским гражданам не до желания экспансии, отстоять бы свое у последней черты, и мысль о том, что одной обороной войны не выигрываются, еще придется вбивать даже в самые умные головы. Границы, произвольно проведенные Лениным и его преемниками, а позже зафиксированные при распаде СССР — далеко не священные скрижали, ниспосланные прямо с небес. Сдвигать их, а то и стирать с карты, вообще иногда не только можно, но и нужно. Однако об этом мы с Владимиром Владимировичем поговорим позже, а сейчас он тоже стоит, тяжело дыша, хотя ничего не отдавал во время манифестации Мобилизации, а только принимал.

А еще я вижу, что у него проявилась молодая, но стремительно развивающаяся энергооболочка, на которую сейчас заводятся связи с участниками сегодняшнего действа. Их так много, что рябит в глазах. Хоть слова «Я — это ты, а ты — это я» не были произнесены, все эти люди стали Верными будущего президента Путина, а сам он обрел все прерогативы Патрона. У его братьев-близнецов из миров с техногенными порталами и вторичными Вратами ничего подобного не наблюдается. Люди верят им разумом, а не сердцем, по большей части потому, что при всем богатстве политического поля другой разумной и вменяемой альтернативы их президенту просто нет. Да и сами Владимиры Владимировичи из тех миров воспринимают российский народ со всеми его чаяниями и заботами очень опосредованно, будто через толстое одеяло, потому что либеральное окружение у них ближе к телу. И слишком ретивых реформаторов они одергивают только в том случае, если те начинают творить нечто, вызывающее слишком большое недовольство граждан. Однако с местным Владимиром Владимировичем получается совсем другая история. Народ он теперь буквально чувствует кожей, да и люди станут воспринимать его не только разумом, но и сердцем, а это, как говорит его верный клеврет, стоит дорогого. Отчасти это последствия только что случившегося мероприятия, отчасти тут явно помог Творец Всего Сущего, для которого нет ничего невозможного…

— И что же теперь, Сергей Сергеевич, делать? — тихо спрашивает свежеиспеченный Патрон.

— Делать надо, Владимир Владимирович, то, что должно, — ответил я. — Никак иначе в подобных обстоятельствах просто невместно. Ничего, привыкнете к новой позиции, и вам, скорее всего, даже понравится.

— Вот этого я и опасаюсь, — вздохнул Путин. — Власть — очень сладкий наркотик, и те, кто на него западают, не бывают хорошими людьми.

— А кто вам сказал, что власть — это главное в должности Патрона? — удивился я. — В первую очередь, быть Патроном — это значит чувствовать ответственность перед теми, кто сам, по доброй воле, доверился вашему управлению, во вторую очередь, это ответственность перед будущими поколениями, в третью, ответственность перед Творцом Всего Сущего, сделавшего на вас ставку, а власть при этом должна быть всего лишь инструментом в ваших руках, и не более. Предпринимая что-то, вы должны думать, улучшит это жизнь граждан России или нет, а всякие прочие соображения, вроде обязательности демократических и рыночных реформ, примата общечеловеческих ценностей, приоритета разных международных обязательств над внутренним законодательством, курса на интеграцию в мировую экономическую систему, должны проходить по статье «прочее». Все, что противоречит чаяниям и нуждам российского народа и интересам государства, следует считать глубоко вторичным и не стоящим внимания.