Онлайн книга «Из глубин»
|
Смерть и победа, горе неведомо, звезды, и ветер, и снег. Ветер и звезды, нет слова «поздно», будешь ты счастлив вовек. Ветер и звезды, камни и розы, песня твоя и моя, звезды и ветер, помни о лете и не забудь про меня. Флагман дриксов убирает паруса, матросы на вантах рвутся, как сумасшедшие, и не успевают. Босые ножки трогают палубу, ветер поет, море смеется, лопаются, закручиваются, вьются снасти, трепещут лохмотья парусов, белогривые волны лижут борта, зовут к себе, к веселым рыбам, к зеленым сонным камням. Еще один круг, покалеченный корабль выпадает из строя, его несет на чужие пушки, а девять хохочущих смертей мчатся дальше играть в пятнашки, шутить, звенеть своими колокольчиками… Так вот как это было! Сражение. И танец. Они дрались среди танца, а кэцхен танцевали среди смерти. — Ты искал меня? – снова улыбка, безумная, зовущая. – Ты меня нашел, так чего же ты ждешь? Пьян? Или просто смеется? Ворона не поймешь, как не поймешь ветер, но этот сумасшедший прав. Он всю ночь искал кэналлийца, всю ночь… Пляска в Хексберг, пляска в Фельпе, они связаны. Но разве можно связать ветер? — Станцуем, моряк! Это ночь всех звезд, всех звезд и всех ветров. Это ночь танца… Ночь вечности, и она наша… Наша с тобой… Луиджи уже ничего не понимал. Горели какие-то огни, падали звезды или это шел вверх снег? Вьюга вырастала в стену, стена становилась зеркалом, в котором плясали звезды, а люди исчезли. Они были совсем одни, глаза Алвы горели ярче обычного, он смеялся весело и безжалостно, так смеется водоворот, затягивая в неизбежность. Кэналлиец звал, и Луиджи шагнул вперед. Первым. Он никогда не желал мужчин, никогда… Чужие глаза, огромные, голубые, с узкими кошачьими зрачками, не мужские и не женские! — Опять боишься? – звенят, звенят дальние колокольчики, а в темных локонах сверкают звезды. Или капли росы. Или черные ройи? – Зачем ты думаешь? Почему не хочешь? Тебя звали, тебя зовут. Всю ночь зовут, а ты боишься! — Я не боюсь! Тоненькие руки, синие крылья, мелодичный, смеющийся звон. — Не бойся, я не та… Я не уведу… Мы просто станцуем… До рассвета, пока с нами только ветер и звезды. Мы станцуем… Зачем якорь, когда нужен парус? Зачем корни, когда есть крылья? Муцио, Франческа, Поликсена, Алва, они же были тут, были. Были! — Они с тобой. Они в тебе. Ты думал о них… Но ты хочешь не их… Я понимаю, теперь понимаю… Идем… Сколько ей или ему? Тринадцать лет или тринадцать тысячелетий? Птичьи крылья, кошачьи глаза, шелк волос… Поют, заливаются колокольчики, танцует море, танцуют звезды, танцует ветер… Танцуй, моряк, танцуй! — Теперь ты меня поцелуешь? — Поцелую. Такой, какая ты есть… — А какая я есть? Я такая, как ты хочешь… Я – такой, как ты хочешь. Я – это ты… Ты – это я… На эту ночь… Приходи еще танцевать, обязательно приходи. Не бойся. Зачем бояться? Есть ты – нет смерти. Есть смерть – нет тебя. Поцелуй меня, ну же! Они касаются пружинящей синей поверхности, и море вскипает, тянется навстречу, рассыпается алмазной пылью. Крылатые тени взлетают, дразня влюбленные волны, они танцуют, и море танцует. Волны и звезды, ветер и звезды, волны и звезды, и мы. Звезды и ветер, забудем о смерти, забудем в свете луны. Ветер и море, ветер и воля, нет ни судьбы, ни беды, ветер и звезды, звездные гроздья, в волнах полночной луны. Звезды танцуют, море ревнует, танец, где я и где ты. Звездная пристань, ветер, как быстро тают полночные сны. |