Книга Из глубин, страница 270 – Вера Камша

— Передай рулевым: курс юго-юго-запад. Только тихо!

Племянник растворился в сумерках, почти сразу заскрипели реи. «Селезень», как и положено приличной утке, отбывал в теплые края пережидать зиму. Добряк неторопливо прошелся по корме, весьма довольный своим судном и собой. Правильно он продавал тестю господина капитана над портом кэналлийское по цене торского… Браунбард говорил, что он выбрасывает деньги, а где теперь этот Браунбард, господа селедки? С крабьей тещей пиво пьет! Нет, прикармливать нужных людей – это не убытки, убытки – это тащиться за ненужными!

— Судя по всему, мы оторвались, – лейтенант Лёффер стоял сзади и улыбался. – Это не может не радовать.

— Оторвались, – Юхан еще раз чихнул, но на сей раз обошелся посредством платка. – Можете отправляться спать, дальше мое дело.

— Постойте, шкипер, – лейтенант глубоко вдохнул и зажмурился, – дайте отдышаться. Какая же гадость этот дым, тут хоть звезды видно. Кстати, если я в них что-то смыслю, мы идем на юг…

А он не дурак, этот Лёффер, хотя это и раньше ясно было. Ну, была не была. Добряк Юхан извлек любимых «рыбодев» и протянул лейтенанту.

— Ветер свежий, грейтесь. – Взял, руки заняты, вот и славно, а сейчас выбирай – или денежки в карман, или нож в горло. – Мы идем в Ардору. Я – человек мирный, мне моя лоханка дороже, чем кесарская задница. Да и до нее пока доберешься, четыре раза на дне окажешься.

— Давно хотел побывать в Ардоре, – ухмыльнулся Лёффер, – а вот на дно меня как-то не тянет. И моих парней тоже, но Традуска – торговый порт, вас спросят, что вы везете.

— Товар на борту есть, – показал крепкие зубы Юхан. – Продовольствие, полотно, инструмент. Ну, инструмент мало кому нужен, а вот продовольствие…

— Осадной армии оно тоже не понадобится, – Лёффер задумчиво свернул голову фляжке, – за неимением осады. Как и полотно для палаток.

— Груз принадлежит короне, – напомнил Клюгкатер, – и в случае невостребованности подлежит возвращению на склады.

— Но ведь груз может погибнуть от морской воды и огня противника, – предположил Лёффер, – о чем у вас будет бумага.

— А кто подпишет? – деловито осведомился Юхан, все еще не вынимая руку из-за пазухи.

— Разумеется, господин интендант, – зевнул Лёффер, – ну а в случае, если морская болезнь или… внезапное помешательство не позволит ему поставить подпись, это смогу сделать и я. Как старший по званию.

— А он свихнулся? Какая жалость, – посочувствовал Добряк, выпуская рукоять стилета. Лейтенант Лёффер и впрямь оказался очень умным человеком.

— Мне так показалось, – офицер приложился к горлышку и вернул рыбодев хозяину. – Сейчас он спит, возможно, к утру ему станет лучше, но я с трудом его удержал. Представьте, он вообразил себя святым Андием и уверен, что может ходить по воде, аки посуху.

— Вот ведь беда! – посочувствовал Юхан, принимая флягу. – Ладно, пусть дрыхнет. А утром или с нами в Ардору, или в Дриксен своим ходом… Неволить не станем.

5

Изувеченная посудина еле плелась и чуть ли не с удовольствием спустила флаг после первого же выстрела. Что с ней было делать, Луиджи не представлял. Ниччи остался на захваченном шлюпе, Рангони не появлялся, расставаться с палубными матросами не хотелось.

Из холодной темноты высунулся украшенный бронзовой гадиной бушприт. «Змей»! Приполз на выстрел, и как же кстати. Джильди с восторгом свалил заботы о трофее на талигойцев и объявил, что на сегодня хватит. Не спорил никто, даже Варотти.