Книга Из глубин, страница 189 – Вера Камша

— Пейте, – повторил герцог Эпинэ, и генерал глотнул. Гладко выбритое лицо сморщилось, стянулось к острому носу, превратившись в какую-то морду. Комендант Багерлее пил, заливая негодной водой опозоренный мундир, а Первый маршал великой Талигойи смотрел, не в силах разжать впившиеся в пистолет пальцы. Морен опустошил кубок, на усах и шее блестели капли, глаза налились кровью.

— Берите второй, – Иноходец кивнул на стол, – берите и пейте.

— Нет, – голос Морена стал хриплым. От страха или от соли? – Монсеньор… уверяю вас… Я выполнял приказ его величества…

— Альдо велел тебе держать Ворона в этой печке и поить солью? – рявкнул Робер, забыв, что сюзерена по имени не называют. – Это он тебе приказал?

— Его вели… Он, когда здесь был четвертый раз… Приказал объяснить маршалу, что его время ушло.

— И ты решил объяснить, что пришло время негодяев? – Альдо ничего не знает! Ни про пекарню, ни про воду, которую нельзя пить… Конечно, не знает! Сюзерен заигрался, потерял голову, но он сумасброд, а не живодер. Все придумал усердный подлец.

— Вы больше не будете распоряжаться в Багерлее. – Левий все-таки появился. В проеме арки его высокопреосвященство сошел бы за эсператистскую икону, не будь у него на лице выражения, весьма далекого и от кротости, и от милосердия.

— Я подчиняюсь лично его величеству, – в присутствии кардинала не убивают, мерзавец это понимает и оживает на глазах. Какая же падаль! И ведь таких у Альдо большинство.

— Его высочество – верный сын церкви, – отрезал Левий, – он прислушается к словам служителей Создателя. Прикажите подать вина, воды и свечей и немедленно снять цепи. Герцог Эпинэ, вас не затруднит остаться здесь, пока я выберу для герцога Алва пристойное помещение?

4

Хлопнула дверь, загремели многочисленные засовы. Это на полчаса, от силы на час, он сам решил остаться, и все же… Смерть в бою лучше тюрьмы, так что братьям, можно сказать, повезло. Робер подхватил второй фонарь и вернулся к Алве. Ворон по-прежнему сидел на кровати, полуприкрыв глаза.

— Герцог… – В первой комнате четыре стражника. Что они услышат, что поймут?

— Эпинэ? – осведомился Алва, не поворачивая головы. – Вас что-то интересует?

Интересует. За какими кошками ты вернулся в Талиг и сложил оружие? Ради короля и заложников? Но весть о казни добраться до Урготеллы никак не успевала… Нет, Ворон, ты полез в петлю по другой причине. Сделал ли ты, что хотел, или не смог?

— Моро здоров, – сообщил Повелитель Молний, хотя его никто не спрашивал, – но скучает. Я его проминаю каждый день.

— Спасибо, – хрипло поблагодарил Алва. Лэйе Астрапэ, о чем с ним говорить? И как? Хоть бы воды скорей принесли, уроды!

— Вы играете? – Робер указал на гитару у стены.

— О нет, – отмахнулся Алва, – господин полковник был столь любезен, что прислал мне портрет своего нового господина.

Эпинэ зачем-то встал и коснулся инструмента. На злосчастной гитаре не было струн.

— Удивительное сходство, не правда ли? – звякнули цепи, Алва все же соизволил повернуться лицом к собеседнику. На рукаве рубахи что-то темнело. Кровь?

— Что у вас с рукой? – С рукой, с жизнью, с душой? Закатные твари, да не молчи же ты! Оскорбляй, издевайся, проклинай, только не молчи!

— Ничего особенного, – светским тоном произнес Ворон, – господин Левий пытался снять цепи, пролилась кровь. С клириками это случается.