Книга Черный Маг Императора 16, страница 86 – Александр Герда

Барон отвел Лешку в сторонку, что-то сказал ему, затем снабдил коробкой с неизвестным содержимым и напутственно похлопал по спине. Даже интересно, что там внутри коробки? Жемчужников бесполезной ерунды никогда не дарит…

Надолго дядя Игнат не задержался. Поздоровался со мной, пожелал нам отличного дня и потопал в сторону школьных ворот. Вообще-то, родственникам не разрешалось проходить в «Китеж» без особого разрешения Орлова, но что-то мне подсказывало, что с этим вопросом никаких затруднений у Жемчужникова не было.

Чтобы разместить все торты, понадобилось десять столов, которые теперь были заставлены тортами на любой вкус. Каждый желающий мог подойти и выбрать себе кусочек своего любимого. Кроме тортов, здесь еще были и всякие пирожные, половину из которых я видел впервые. Такое ощущение, что в эту ночь все кондитерские Белозерска только тем и занимались, что пекли торты с пирожными.

К тому моменту, когда мы с Нарышкиным пришли в столовую, половину сладостей уже разобрали. Еще бы, на столько опоздать… Однако, даже закончив с завтраком, большая часть учеников никуда не уходила, чтобы дождаться Лешку и поздравить его лично.

Слух о том, по какому случаю столько тортов, разнесся по школе в одно мгновение и желающих сказать Лешке пару слов в честь его совершеннолетия нашлось предостаточно. Я думал его сметут, когда он вошел. Особенно свирепствовали девчонки, которые сегодня на законных основаниях могли с ним обниматься и даже целовать в щеку.

Кречетникова в этот момент смотрела на них так, как будто запоминала каждую девушку, которая осмелилась обнять Нарышкина. Не знаю, как насчет всех, но вот тех, кто лез к княжичу целоваться, Аня запомнила точно. У девчонок с этим строго…

Были и такие, кто смотрел на все это совершенно с противоположной реакцией. Типа Шуйского, Вильсона и всех прочих… На их недовольных рожах было прямо написано, что будь их воля, они бы испепелили Лешку на месте. Ну и меня заодно, чего уж тут.

Как по мне, так просто отлично получилось. С учетом того, что учеба пару недель назад закончилась для Шуйского и Огибалова как праздник, испортить им настроение в первый учебный день было просто прекрасно. Так бы они смотрели на нас с широкими улыбками на лицах, которые нам хотелось бы стереть с их лиц, а получилось наоборот. Ну разве это не здорово?

Кстати говоря, я с удивлением наблюдал, как возле нашего стола растет гора коробок с подарками, которые Лешке то и дело дарили. Оказывается, многие знали о предстоящем событии и готовились к нему заранее. Позаботились о подарках и притащили их в «Китеж».

— Не переживай, мой мальчик, пройдет пара лет, и к тебе будут ломиться с подарками и искать твоего внимания, — решил успокоить меня Дориан.

— Да я как-то особо и не переживаю… — ответил я.

Так оно и было на самом деле. Понятное дело, что известность и влияние рода Нарышкиных притягивает к нему людей как магнит. Вот даже подарки через учеников передают, с надеждой, что Лешка это запомнит и возможно при случае расскажет об этом своему отцу. С большей частью тех учеников, кто сегодня оказался в качестве дарителей, он и не общался толком.

Раньше я практически не обращал внимание на такие мелочи. Лизоблюдов и подхалимов, набивающихся к Лешке в друзья, у него всегда хватало. Как и девчонок, которые то и дело загадочно улыбались при его виде. Однако, начиная с этого года, это стало уж слишком заметно.