Книга Черный Маг Императора 25, страница 81 – Александр Герда

— Для лентяев, — ответила она. — Но я так не считаю. Отец, кстати, тоже. Он говорит, что «Китеж» — это почти такая же древняя школа, как «Тирлич», и существует она еще со времен первых родовых войн.

— Почему тогда твоих сестер отдали туда, а тебя хотят в «Китеж»? — спросил я.

— У меня вроде Дар какой-то сложный. С ним лучше будут работать учителя в вашей школе, — сказала девушка. — Во всяком случае, мне так родители объяснили. Да я и не жалею, у меня там много знакомых учится. Вот ты с Нарышкиным, например. Лучше расскажи мне про школу побольше, а то я про «Тирлич» много чего знаю, а про вашу только слухи в основном. Ты ведь там уже целых три года учишься.

— Сама же говорила, что тебе Нарышкин много всего рассказывал, — улыбнулся я и откусил кусок пирожного, которое оказалось удивительно вкусным. — Он еще дольше меня там, так что побольше знает.

— Я Лешке не верю, — махнула рукой Ланская. — Он половину всего придумывает, если не больше. Я когда младше была, он мне вообще говорил, что вас там каждое утро кормят особым мороженным с охлаждающим заклинанием, которое никогда не тает и всегда такого вкуса, как тебе хочется. Брехло…

— Хм… Было бы неплохо, — согласился я. — Хотя каждое утро — это, конечно, перебор. Нужно чередовать мороженое и яичницу с беконом, вот тогда будет полный порядок.

— Я же говорю все врет, — пожала плечами Анна. — Так что лучше ты расскажи.

— Ну… С чего начать? — спросил я и задумчиво почесал затылок. — Вообще-то, твой отец прав — старая школа и все такое. Там училась куча всяких известных дворян, но, по-моему, это все скучно.

— Вот! — воскликнула девушка и ткнула в мою сторону пальцем. — А ты расскажи нескучно! С самого начала! Что было в твой первый день? Там водятся привидения или нет? Какую задают домашку? Правда, что за вашей Рябининой ходит по пятам говорящая земляника?

— Стоп, погоди! — рассмеялся я. — Давай-ка по одному вопросу, а то я сейчас начну отвечать на все сразу и сам запутаюсь. Итак, поехали, что тебя интересует больше всего?

— Хорошо, первый вопрос, — согласилась Ланская. — Нарышкин говорит, что там у вас очень страшно, это правда?

Я задумался ненадолго, затем откусил еще кусок пирожного и посмотрел на Анну:

— Да, очень страшно. Особенно по ночам, — сказал я. — Некоторые ученики от страха так воют, что заснуть невозможно. Сердце кровью обливается от жалости. Жуть просто. Какой следующий вопрос?

— Звучит и правда жутковато, — поежилась Анна после моих слов. — Значит Нарышкин не врет.

— Но к этому со временем привыкаешь, — поспешил успокоить я ее, решив не говорить о том, что Лешка ее все-таки обманул. — Через пару месяцев уже не так страшно. Хотя временами все-таки пробирает хорошо.

— Еще Нарышкин мне рассказывал, что вы там с ним постоянно что-то взрываете, это тоже правда? — спросила Ланская, откусила кусок пирожного и облизала губы от крема. — Говорил, что как-то раз вы там бомбочку-вонючку взорвали в главном корпусе, а потом занятия на две недели отменили из-за того, что сильно воняло.

Вообще-то, мне было что сказать по поводу наших с княжичем безобидных проделок, но, думаю, об этом лучше было промолчать. Что-то подсказывало мне, что наслушавшись таких вот историй, Анна возьмется что-нибудь взрывать, как только попадет в «Китеж». Стоит все же пожалеть Орлова. Уверен, что в этом смысле нас с Лешкой директору школы хватает с избытком.