Книга Черный Маг Императора 25, страница 107 – Александр Герда

Правда Голицын заверил его, что вроде бы ничего опасного, но это Романова не сильно успокаивало. Все-таки Василий Юрьевич не целитель, а потому мог ошибаться в своих выводах. Дракон это и сам понимал, именно поэтому в данный момент уже не спал не только сам Александр Николаевич, но и Арсений Иванович Филиппов. Тот самый личный целитель Его Императорского Величества, который уже как-то ездил в гости к Темникову, чтобы осмотреть его руку.

Собственно говоря, вердикта Арсения Ивановича они сейчас и ждали в кабинете Императора все втроем. Сам Романов, глава тайной канцелярии и Чертков. Причем ждали уже давно, часы показывали почти половину пятого утра. Как-то это совсем не вязалось со словами наставника Темникова, который сказал, что на его взгляд рана не очень серьезная.

Однако об этом старались не разговаривать, хотя вопрос беспокоил всех. Все понимали, что словами делу не поможешь, поэтому речь шла о другом — о самом экзамене. Александра Григорьевича привезли во дворец совсем недавно, поэтому информация была, что называется, из первых уст.

К этому времени Чертков уже закончил свой обстоятельный рассказ и в данный момент в кабинете Романова стояла абсолютная тишина. Император над чем-то задумался и ему никто не мешал спокойно размышлять.

— Скажите, Александр Григорьевич, какую оценку вы бы поставили Максиму в итоге? — наконец спросил он. — Как, по-вашему, он уже сможет выполнять некоторые задачи самостоятельно, без вашего участия?

Чертков поерзал в очень широком кресле, которое явно было рассчитано на кого-то значительно крупнее его. По правде говоря, худой старик выглядел в нем немного нелепо, как воробей на троне.

— Ваше Императорское Величество, если не считать некоторых деталей, то моя оценка — выше ожидаемого, — ответил он. — Если учесть, что с проклятыми артефактами он, по сути, работал до этого всего один раз, то вообще отлично. Нашел и уничтожил оба проклятых артефакта. Можно сказать, сделал все, что от него требовалось.

— Честно говоря, поначалу мне ваша идея с тапочками показалась, мягко говоря, странной, — сказал Романов и покосился на Голицына, который был мрачным как грозовая туча и все время поглядывал на настенные часы с таким видом, как будто пытался их ускорить усилием воли. — Мы даже поспорили с Василием Юрьевичем, что Максим его не найдет. Теперь он должен мне червонец.

Глава тайной канцелярии практически не отреагировал на слова Императора, разве что помрачнел еще больше.

— Как видите, нашел, — пожал плечами старик. — Я же вам сразу сказал, что найдет. Жаль вы мне поспорить не предложили.

— Было бы не по чину, — пробурчал Голицын, лишь на секунду оторвав взгляд от часов.

— Василий Юрьевич, какие уж тут чины, когда мы говорим о деньгах, — ответил на это Александр Григорьевич. — Они ведь чинов не имеют.

Впервые за этот вечер Романов усмехнулся. Видимо шутка про деньги ему понравилась.

— Впрочем, все это не столь важно, главное — что он нашел брошь, — сказал Император и усмешка ушла так же быстро, как и появилась. — Это был приоритет — все остальное просто приятное дополнение.

Это был один из таких моментов, когда время тянулось особенно медленно. Каждая минута превращалась в четверть часа, а долгожданного звонка от Филиппова все не было. Александр Николаевич перевел взгляд на Черткова и спросил: