Книга Черный Маг Императора 26, страница 22 – Александр Герда

Те, кто видел крысу, пытались удрать от нее подальше и натыкались на тех, кто крысу не видел. Само собой, без травм не обходилось. Отовсюду слышались вопли и крики боли, а мы с Лешкой с ужасом смотрели на все происходящее и понимали, чем для нас может закончиться эта история. Эх… Кто бы знал, что из-за спора на пару каких-то поджопников может выйти такая штука…

Чтобы не наделать еще большей беды, я приготовился активировать Заморозку и остановить голема. Вообще-то, давно можно было это сделать, но кто знал, чем дело обернется. Во всяком случае, поначалу было весело…

Однако с заклинанием я не успел. Мусорный голем вдруг замер на месте, а через мгновение просто рассыпался, мгновенно превратившись в плохо пахнущую кучу мусора.

— Нарышкин, Темников, какого черта вы делаете? — услышал я знакомый голос, который отвлек нас с княжичем от разглядывания останков голема.

Ну да, точно… Эмир Михайлович Голиков… Он почему-то всегда оказывается рядом, если в школе происходит нечто подобное. Такое ощущение, что нашему преподавателю по стихийной магии интуиция подсказывала, где в «Китеже» готовится очередная шалость.

— Тренируемся в бытовой магии, Эмир Михайлович, — услышал я Лешкин голос. — Просто произошел маленький технический сбой. Заклинание получилось… Скажем так, в расширенной редакции.

К тому времени, когда все немного успокоились и школа вновь зажила прежней жизнью, прошло около часа. Первый урок был сорван, все ученики сейчас были на втором уроке, ну а мы с Нарышкиным сидели в приемной Орлова.

Кто бы сомневался, что после такого мы окажемся на приеме у Ивана Федоровича? Честно говоря, в тот момент, когда мусорный голем только появился на свет, у меня уже было смутное предчувствие, что дело кончится именно этим. Вот, пожалуйста…

— Дебильные стулья, — пожаловался я Лешке, уже несколько минут пытаясь более-менее комфортно усесться на стуле в приемной, где мы с княжичем под бдительным надзором Ники Львовны, дожидались пока нас вызовут. — Как можно было их вообще сделать настолько неудобными, я понять не могу?

— Это элемент педагогического воздействия, — усмехнулся княжич. — Чтобы мы еще в приемной чувствовали себя виноватыми.

В этот момент зазвонил телефон на столе у секретаря, она сняла трубку, прищурилась, глядя на нас:

— Да, Иван Федорович, оба здесь.

Она отключила звонок и кивнула нам в сторону двери директорского кабинета:

— Прошу, судари. Вас ждут.

Судя по мрачному взгляду Орлова, нас ждал серьезный разговор. Хорошего мало, конечно, но зато хоть стулья у него в кабинете были удобнее. Особенно тот, на котором я обычно сидел, когда попадал к нему в кабинет. Видимо я к нему уже привык.

Директор выдержал паузу примерно в минуту, а потом сказал:

— Расскажите-ка мне, дорогие мои, о том, что произошло. Для начала я хотел бы услышать, чья это работа.

— Моя, — ответил княжич. — Я проводил практическое упражнение по бытовой магии. Заклинание перемещения мусора… В общем, произошла небольшая ошибка…

— Понятно, — кивнул Орлов.

— И моя тоже, — сказал я. — Я был рядом.

— Ну в этом я даже не сомневался, — нахмурился Иван Федорович. — Разве в этой школе какое-нибудь происшествие может обойтись без тебя?

Вопрос не требовал ответа, так что я промолчал. На некоторое время в кабинете повисла тяжелая тишина. Слышно было лишь размеренное тиканье настенных часов.