Книга Девятое правило дворянина, страница 68 – Александр Герда

Боль вновь начинает нарастать… Сердце будто тяжелый молот стучит мне в грудь с бешеной скоростью… Я вижу, как мое тело вновь выгибается в дугу, а из раны появляется несколько капель вонючей темной жидкости.

В этот момент дочь Селима-паши замолкает, подходит к моему плечу, а затем ее тонкий длинный язык залазит мне прямо в рану и… это довольно странные ощущения.

Я прислушиваюсь к ним и мне кажется будто ее тонкий язык гуляет внутри меня, ощупывая изнутри каждую часть моего тела. С каждым мгновением мне становится все тяжелее бороться с приступом боли, который лишь усиливается…

Больше я не могу смотреть на себя и закрываю глаза от приступов, которые яркими красными вспышками начинают добивать меня…

Вспышки становятся все ярче, как и боль, которую они приносят вместе с собой. В какой-то момент перед моими глазами появляются хихикающие шакальи головы и все погружается во тьму.

Мне кажется или она меня убивает?

* * *

Такое ощущение, что где-то шумит ветер, а еще тихо плещется вода. Вот ведь, как оно оказывается — никогда не думал, что после смерти случаются подобные штуки. Оказывается, я еще что-то слышу. Я думал это как-то по-другому происходит, например… Ну в общем… Не знаю как, но по-другому.

Во всяком случае, не ветер, который я могу слушать… Погодите-ка… Не только слушать, но и чувствовать получается тоже могу! Явно ведь я ощущаю свежий ветер, который пахнет чем-то похожим на море… Пахнет! Значит и запахи я чувствую.

Я делаю попытку вдохнуть полной грудью и в этот момент открываю глаза.

— Слава тебе Господи, живой… С тебя бутылка коньяка, Владимир Михайлович, все нервы тут с тобой извел…

Так, ну если я слышу голос недовольного Сабурова, значит я живой. Я повернул голову направо и увидел князя-дракона, который сидел рядом со мной в кресле. Рядом с ним стоял стол, на котором стояла бутылка чего-то похожего на коньяк, кофейник и тарелка с фруктами.

Какая приятная картина, однако! Значит не время еще помирать. Ну а еще это означает, что обряд похоже я прошел удачно.

— Доброго времени суток, Дмитрий Федорович, — сказал я и посмотрел на открытое окно. — Еще день, как я вижу?

— Ага, — кивнул он, затем налил себе рюмку коньяка и выпил. — Только следующий, после того как мы в последний раз виделись. Вот уже сутки сижу здесь с тобой… Живучий ты, Соколов. Селим-паша сказал, что таких как ты впервые видит.

— Это почему? — спросил я и посмотрел на плечо, которое было перевязано свежим бинтом.

— Сильно много времени прошло с момента нанесения раны, — ответил Сабуров и налил себе еще рюмку. — Затянули мы с тобой… Проклятие успело слишком сильно корни пустить, понимаешь? Сказал, что шансов у тебя и не было практически. Ну и еще говорит дочь его хорошо постаралась… Не знаю, что он там имеет в виду, тебе виднее.

Ну да, этого момента я долго не забуду. Скорее всего никогда.

Я сделал еще один вдох и улыбнулся — все-таки здорово, когда знаешь, что внутри тебя больше нет никакой заразы. Пережить такое еще раз точно не хотелось бы, но оно того стоило. Разве может быть чувство прекраснее того, что тебе ничего не угрожает?

Вот теперь можно и прочими хлопотами заняться — совсем ведь другое настроение.

— Ты чего улыбаешься, Владимир Михайлович? — спросил князь-дракон и хлопнул еще одну рюмку.