Книга Виват, Водный мир!, страница 76 – Александр Быченин

— Полюс, — отмахнулся я. — Любой из двух.

— Уверен? — засомневался напарник.

— Нет. Но что мешает проверить? — привёл я убийственный контраргумент. — Мы же теперь умеем сканировать пространство на предмет наличия «мембран», забыл, что ли?

— Нет, не забыл, — заверил Заварзин. — Но всё равно, как-то это всё… сомнительно, что ли?..

— Ты о чём, бро?

— О системе навигации, прошитой в «слёзы», — пояснил тот. — Слишком хлопотно. Вот, например, пришёл срок твоему куму-пойаи передавать артефакт преемнику. И что? Тот самолично будет каждый маршрут проверять? Так сказать, эмпирически? А их там сколько, напомни, пожалуйста?

— Да без понятия! Но счёт на тысячи, как мне кажется.

— Вот видишь! Поэтому наверняка должен существовать какой-то способ, позволяющий распознать, что именно находится по ту сторону любой «соты»! — окончательно добил меня Алекс. — Простая логика, бро. Любой прибор должен быть функционален и эргономичен. Иначе в нём пропадает смысл.

— Ну и что ты предлагаешь? — хмыкнул я. — Просто взять, и представить, что «сота» превратилась в окно? Ну, или экран?

— Чем не вариант? — пожал плечами главный корп. — Только при этом не забывать «привязываться» к центру сферы, чтобы не вылететь в «окошко».

— Да твою же! — расстроенно буркнул я. — И как я раньше не догадался?

— А раньше надобности не было, — напомнил мне Алекс мои же слова. — Универсальная отмазка, бро. Как там в старинной пословице? От добра добра не ищут?

— Похоже, так и есть, — окончательно сник я.

Просто потому, что только сейчас осознал, насколько велика пропасть между мной, практиком-самоучкой, и настоящим учёным, привыкшим использовать системный подход и рассматривать проблему под множеством углов.

— Не переживай, бро! — похлопал меня по плечу напарник. — Это опыт, сын ошибок трудных. То есть дело наживное. Привыкнешь ещё. Ну и научишься, конечно.

— Если жив останусь.

— Да куда ж ты денешься⁈ — удивился Заварзин. — Просто всегда помни, что есть люди, ради которых ты жить обязан. Не должен, не можешь, а именно обязан. И тогда всё у тебя получится.

— Семья превыше всего? — хмыкнул я.

— Нет! — отрезал главный корп. — Не семья. Отдельные люди. Их обычно немного — двое-трое. Но они почти наверняка из семьи.

— А в чём тогда разница⁈ — потерял я нить рассуждений соратника.

— В том, что ради семьи ты иной раз просто обязан пожертвовать жизнью, — развил мысль Алекс. — А те люди, о которых речь, они… как бы это попроще? В общем, сдерживающий фактор.

— Но ведь тогда конфликт интересов просто неизбежен?

— Да, — подтвердил напарник, — но в крайне редких случаях. И тогда тебе придётся делать сложный выбор. Зато во всех остальных сдерживающий фактор рулит. Головушка буйная целее будет.

— К-кажется, я понял, о чём ты, бро…

— Ну и прекрасно! — закруглил разговор Алекс. — Давай-ка, перемещаемся в «двойку», и ты пробуешь методу на «сотах» — их там хотя бы вменяемое количество. А потом, если не получится, или слишком муторно, то и на полюса наведаемся.

— Тогда сперва в «заброшку», — подкорректировал план я. — «Слёз» пару штук взять.

— И «кракозябру», — напомнил Заварзин.

— Нафига, если передатчики ещё не готовы? — удивился я.

— Чтобы потом время не терять, бро.

— Ладно, ладно, уговорил!

… что характерно, Алекс в очередной раз оказался прав: метода сработала, причём как по маслу. И да, не поделись с нами Евгений Викторович способом «привязки» к геометрическому центру «сотовой» сферы, ничего бы у нас не вышло. По той простой причине, что при малейшей попытке сосредоточиться на конкретной «соте» меня бы в неё и затягивало. А так очень даже ничего: две противоположно направленные «силы» обнуляли друг друга, и я спокойно пялился на выбранное «окошко». Единственное, не сразу подобрал ключик к системе визуализации, поскольку сначала пытался заставить «мембрану» стать прозрачной и показать, что там за ней прячется. А нужно было мысленно преобразовать «сотовую» сферу в схему, по типу «нитей», «бечёвок» и «канатов» в «слезе». Через «слезу» же. И вот тут-то план сработал как нельзя лучше! Опять же, надо отдать Алексу должное, это именно он надоумил меня сработать от обратного, то есть не «погружаться» в «слезу», а как бы… воспарить над ней. Ну а дальше всё оказалось проще простого: «соты» отобразились в виде «нитей», загнутых вдоль поверхности планеты, и их совокупность составила… вторую сферу, которую Ли без труда привязал к координатной сетке Гессионы. Благо несколько основных «маршрутов» мы знали, так что было, на что опереться. И знаете что? Я тоже угадал — оба полюса были лишены собственных локальных «изнанок». Впрочем, как и множество других мест в пределах нашего мира.