Книга Возвращение в водный мир, страница 37 – Александр Быченин

— На то они и базовые, специалист Елагин, — умудрился голосом передать усмешку мини-гекс. — Сами понимаете, если они… личности, то менять им, скажем, имена раз в неделю далеко не самое лучшее решение. Аналогично насчёт гендерной принадлежности.

— Ладно, понял, — задумчиво хмыкнул я, внимательно присмотревшись к рядку ссылок. — Хм… а тут всё довольно прозрачно.

— Желаете ещё раз поразить меня способностью к логическим умозаключениям, сэр?

— Нет, просто собираюсь лишний раз продемонстрировать превосходство человеческого разума над искусственным!

— Будь я человеком либо искином, специалист Елагин, я бы даже оскорбился, — иронично прошипел мини-гекс. И уточнил: — Слегка.

— А так ты наверняка решил ещё раз воспользоваться ситуацией для оценки моего интеллекта? — подыграл я. — Определить, не побоюсь этого слова, мой «ай-кью»?

— Да, сэр. Мне приятно так думать.

— Ну что ж, изволь… я полагаю, что «нулевой пациент» достался кому-то из близких Алекса Заварзина. А если судить по идентификатору «Бетти» и женской идентичности… и кто бы это мог быть, а? Кроме… его супруги, Елизаветы Заварзиной?

— Угадали, сэр. Бетти — личная помощница специалиста Заварзиной. И она самая старшая из моих… детищ. Что скажете насчёт второго?

— «Рёку-аси»? — на миг задумался я. — Хм… ниппонский… «шесть ног». Капитан Рин, кто же ещё! Ближе него, пожалуй, только Елизавета, но она на первом месте.

— Два — ноль, сэр. Играем дальше?

— Конечно! — уверенно кивнул я, вдохновлённый первыми успехами. — «Теодор»… вот тут я пас, увы. Не станет же, например, герр Нойманн так называть своего подручного? Я бы скорее в какого-нибудь «Ганса» поверил. Но и не Деррик, его, по всему судя, четвёртая — «Мисс Шелли».

— Тем не менее, так оно и есть, сэр, — подтвердил обе мои версии Кумо.

— Ого! — восхитился я собственной крутостью. Уже четыре из девяти! — А почему «Теодор»? Или это секрет?

— Вовсе нет, сэр. Герр Нойманн руководствовался принципом универсальности. В случае необходимости усреднённо-европейский «Теодор» может легко трансформироваться в столь же усреднённо-славянского «Фёдора».

— Поня-а-атно… а «Мисс Шелли» — это от Мэри Шелли, старинной писательницы?

— Частично, сэр. Плюс сокращение от «Шелоб». Вы ведь знаете, кто это такая?

— Паучиха из классической легенды, — поморщился я. — Никогда не любил Средиземье. Но… в оригинальности мистеру Деррику не откажешь! С одной стороны, ничего подозрительного — на слух как обычная секретарша. А для знающего человека — сразу несколько скрытых смыслов!

— Да, мистер Деррик у нас такой, — погордился за соратника Кумо. — Кстати, специалист Елагин, у вас ещё целых пять шансов сесть в лужу!

— Это да, — пробежался я взглядом по оставшимся вкладкам. — Ладно, будем действовать методом исключения! «Герр Маннелиг»… что-то из легенд дойчей, да? Тогда… Ульрих Ценкер?

Практически наугад, а что делать? Вряд ли Алекс разбрасывался «альтер-эго» Кумо направо и налево, значит, что? Значит, владельцем каждой «номерной» версии должен быть кто-то из верхушки Корпорации. А из дойчей там на больших должностях только Нойманн и Ценкер. Логика проще некуда, и лежит на самой поверхности, чтобы оказаться истиной. Это как на команду «Введите пароль» написать в соответствующем окошке «пароль» и попасть в точку.