Книга Возвращение в водный мир, страница 28 – Александр Быченин

— Да знаю я теорию! — перебил я Заварзина. — Но… это что же получается, эта вот хрень — корабль? В смысле, «потусторонников»? Только провалившийся к нам?

— Угу.

— Да ладно!!!

Некоторое время я как заворожённый пялился на текуче-изменчивую картинку в центре «дополненной реальности», как на некий калейдоскоп, и не знал, чего бы ещё спросить. Вернее, вопросов миллион, но какой из них самый важный? Ну а Заварзин, надо отдать ему должное, просто не мешал. Видимо, хорошо представлял, какое впечатление «суперструна» производит на человека непривычного. А она производит, да ещё какое! Вон, в глазах уже заслезилось, плюс мигрень!

— Точно корабль? — наконец, переспросил я, предварительно сместив взгляд с центра «клубка» на периферию — так оказалось проще терпеть спецэффекты.

— Скорее, эскадра, — подтвердил моё подозрение Алекс. — Или ещё какой-то сложный объект, возможно, аналог нашей космической станции. Тоже рассмотрел?

— Что «струн» несколько и каждая замкнута сама на себя? — покосился я на Алекса, и тот молча кивнул. — Н-да… только не говори, что эта байда обитаема.

— Насчёт конкретно этой доказательств нет, — покачал головой Заварзин. — По той простой причине, что объект сохранил функциональность. Ну и защитные свойства «пузыря» пока что достаточно высоки.

— Высоки для чего?

— Для того, чтобы он не «схлопнулся», — пояснил мой собеседник. — И чтобы артефакт не «разрядился».

— То есть эти штуки бывают ещё и мёртвыми?

— Бывают.

Некоторое время помолчали, думая каждый о своём. Конкретно я пытался разложить по полочкам новую информацию… хотя кому я вру! Не разложить по полочкам, а собрать по кускам в единый миг порушенную картину мира. А вот о чём размышлял Алекс — тайна сие великая есть. Впрочем, я не постеснялся от этих размышлений его отвлечь самым беспардонным образом:

— Ну и какого хрена вы мне тогда голову морочите с какими-то там «следами»?! Алекс, а это что, по-твоему? Не «след»?!

— «След», — и не подумал тот отрицать очевидное. — Только не тот, который ищут гексы. Этот… как бы помягче выразиться… беспонтовый.

— Но там внутри могут оказаться… «пассажиры»!

— Это более чем вероятно, Вань.

— Ну и хрен ли?! Вот же они, здесь! Контактируй!

— Если бы всё было так просто, Ванюша! — сокрушённо покачал головой Алекс. — Поверь, такие попытки уже предпринимались, и неоднократно. Вот только результата они не дали.

— И почему же, позволь поинтересоваться?

— Потому что контакт возможен только после разрушения энергетической структуры «суперструны» и её перехода в «разряженное» состояние.

— Ну и что же вас останавливает?! Не знаете, как эту штуку расфигачить?! Вот уж во что не поверю! Чтобы гексы, и не знали?!

— Да знаем мы всё! Успокойся, Елагин!

— Да где уж тут… с такими-то новостями!

— Короче, Вань, дело не в том, что мы не можем порушить энергетику объекта, дело в том, что контакт после этого хоть и возможен, но крайне быстротечен. Причину объяснять, или сам догадаешься?

— «Потусторонники»… мрут в нашем континууме?

— Угу. Переходят в энергетическую форму существования и… «растворяются» в пространстве ПВ. Но перед этим, если есть такая возможность, пытаются внедриться в любое электронно-вычислительное устройство. Например, в «нейр». Или в любой другой компьютер. Правда, и там долго протянуть не в состоянии, если только не «окуклились». Или не внедрились в код искина, став его частью.