Книга Э(П)РОН-5, страница 85 – Александр Быченин

Ну, что сказать по этому поводу? Не хотел бы я жить в таких условиях. Этакий вертикальный «халф пайп», из ровных поверхностей только стена, отделяющая каюту от коридора. А все остальные выгнуты в той ли иной степени. А, вру, ещё переборки между соседними помещениями ровные, но расположены под углом, так что картину это кардинально не меняло. Из обстановки — странные выступы, кое-как выровненные и снабжённые то ли поручнями, то ли трубчатыми ограничителями, я так понял, спальное место, что-то типа кресел и рабочая зона со столом и вваренным в пол «пуфиком». Из материалов — металл и пластик, причём последнего целых два вида: облицовочный и, так скажем, умягчающий. На лежанке и сидячих местах, вестимо. Плюс светодиодные лампы с кнопочными выключателями, архаичные донельзя трехконтактные розетки под сеть сто двадцать вольт в количестве целых двух штук, и пара труб под потолком — видимо, система вентиляции. Да, ещё забыл — дверь распашная, открывающаяся внутрь. И в качестве уплотнителя всё тот же умягчающий пластик. И никаких следов встроенной электроники.

— Они тут в скафандрах жили, что ли? — недоумённо повертела головой Лизка.

— Вряд ли, — отмахнулся я. И съязвил, завершив осмотр каюты: — Ну и где тут искать помещение с доступом к системе управления, а, Кумо?

— Недостаточно данных для анализа, капитан Заварзин.

— А я, собственно, и не сомневался… чёрт… это теперь все двери вскрывать?

— Попробуем выборочно, — подбодрила меня Лизка. — Но что-то мне подсказывает, что ничего интересного в этом секторе не найдём. Разве что общий санузел.

Ну да, точно — каюты-то без удобств! Что за примитив, право слово!

Потратив ещё минут сорок на бессмысленный вандализм, мы убедились в правоте моей ненаглядной — абсолютно все жилые боксы оказались типовыми и симметричными. И санузел мы тоже нашли, целых четыре — в крайних помещениях в начале и конце сектора. И нигде, ни в одной каюте из вскрытых не попалось ни малейшего признака обжитости! Такое ощущение, что все они пустовали даже в те времена, когда станция функционировала в штатном режиме. Да что там говорить, у меня сложилось впечатление, что в этом секторе даже системы жизнеобеспечения ни разу не активировали! Будь иначе, хоть какие-то следы остались бы — та же пыль или плесень. Но нет, всё стерильно. Как будто и впрямь даже воздухом помещения не наполнялись. Резервное жилье? Тогда, получается, с запасом строили? С заделом на будущее? Вопросы, вопросы, одни лишь вопросы. И ни единого ответа.

— Это мы офигеть как удачно зашли! — подвёл я итог исследованиям. — Спасибо, дорогая.

— А чего сразу я?! — надулась Лизка.

— А кто именно эту «спицу» предложил?!

— Ладно, с кем не бывает, — моментально сдулась ненаглядная. — Проверим другой сектор?

— Придётся, — тяжко вздохнул я. — А если не найдём здесь, переберёмся во второй вращающийся модуль. Не знаю как вам, соратники, но мне тут всё больше и больше не нравится.

— А чему тут нравиться? — удивилась Бетти. — Честно, я такого примитива ещё не видела.

— Ты абсолютно права, дорогая, — поддержал я благоверную. — Но я бы ещё кое-что добавил. Примитив это одно, но возникают сопутствующие проблемы, этим примитивом порождённые.

— Например? — вопросительно заломила бровь Лизка.

— Ну, например, как они с перегревом боролись? Я при всём желании ни одного радиатора не обнаружил, когда модель анализировал, а пластик на обшивку пошёл хоть и специфический, но высоким коэффициентом тепловыделения он не обладает. Как они рассеивали вырабатываемое тепло в безвоздушном пространстве? Если хочешь знать, на заре космонавтики, когда люди только-только научились выводить на орбиту Земли первые космические станции, этой проблеме уделялось очень большое внимание. А тут нате вам — ни единого признака решения! Или я неправ, Кумо?