Книга Э(П)РОН-2, страница 57 – Александр Быченин

«Мальчики», младшему из которых уже было сильно за сорок, а старший разменял шестой десяток, охолонуть не пожелали, но возникшая парадоксальная ситуация — иск на иск — привела к тому, что оба они оказались временно заморожены. Соответственно, к леди Аннабель фемида Протектората Бритт никаких мер применять не стала, а кланы — за исключением самих Рокуэллов — предпочли наблюдать за бесплатным цирком со стороны. И поэтому шустрая дамочка легко добилась желаемого, то бишь путем описанной выше нехитрой махинации вынудила аукционистов сильно урезать аппетиты и создала нехилый ажиотаж вокруг продажи. Мы с кэпом, видя такое дело, тоже решили не оставаться в стороне, и выставили наши четыре камня на том же аукционе, передав леди по доверенности права на реализацию. И она нам не отказала! Спросите, почему? А я отвечу: всего одна причина — Савелий Степаныч.

Знаете, что он мне заявил уже на третьи сутки по прибытию? «Я взял на себя смелость проконсультировать вашу клиентку, сударь». Дословная цитата, ага. Влетевшая в нехилую копеечку как аукционистам, так и Рокуэллам. Но это было потом. А тогда, в первый раз, наш старый знакомец объявился в привычном образе слуги — костюм-тройка, галстук-бабочка, белые перчатки и безупречная прическа. И ни следа хромоты, что так бросалась в глаза при просмотре клановой хроники! Появился бесшумно, отрекомендовался, как и положено, вежливо, и столь же вежливо ждал, когда же его наконец пригласят к столу. А мы с Рином отчего-то медлили. Ну я ладно, можно на шок списать. А кэп? Видимо, посчитал неэтичным лезть поперек батьки, то есть меня. В общем, пауза затянулась, и Рин-сан вынужден был пнуть меня под столом по ноге. И только тогда я вышел из ступора:

— Савелий Степаныч! Какими судьбами?

— Долг позвал, сударь, — чуть поклонился тот.

— Так вы к нам в… э-э-э… привычном статусе? — уточнил я на всякий случай. — Да вы не стесняйтесь, присаживайтесь. Сейчас официанта кликнем, велим еще пива нести, да харчей поболее…

— Не извольте беспокоиться, сударь. Я отобедал на лайнере.

— Да вы все равно присаживайтесь… разговор нам предстоит долгий. Как добрались, кстати? Признаться, не ждали вас так быстро. Я полагал, вам нужно будет разобраться с делами…

— … замести следы? — ухмыльнулся старый слуга. — Поверьте, сударь, засвеченный при вашем бегстве вариант у меня далеко не единственный. На подготовку стратегического отступления времени ушло не так уж и много. Куда сложнее пришлось с вашим дядюшкой.

— А он что-то подозревает?

— Подозревает? — Степаныч аж прищурился от удовольствия. — Помилуйте, сударь! Какое там подозревает! Он пребывает в полнейшей уверенности, что вы живы-здоровы. Я, кстати, даже не пытался его в этом переубедить…

— Симатта! Никогда в тебе вот этого не понимал! — с присущей ему деликатностью вклинился в разговор Рин-сан. — Зачем ты тогда в клан вернулся?! Верность? Честь? И еще целая куча пустых слов?!

— Ты не прав, враг мой. И не ври себе — когда-то и ты понимал их значение.

— Когда-то. Это ключевой момент.

— Мне жаль, что ты сломался, Рин.

— Не о чем тут жалеть. Главное, я выжил. И Рин-тян тоже.

— Давно ее не видел. Выросла?

— Еще как! Не узнаешь при встрече.

— Ну, это мы еще посмотрим… — Степаныч наконец устроился на свободном стуле и окинул опытным взглядом остатки пиршества: — Что отмечаем, господа мои?