Книга Из глубин, страница 135 – Александр Быченин

— Весьма спорное утверждение!

— А что, сирена лучше? Или, прости господи, мермейд?

— Ладно, зови Ундиной.

Вот сразу бы так. Хотя вариант с Сиреной очень даже ничего. Она ведь наверняка не знает, что в русском языке у этого слова еще и переносное значение есть, обозначающее полицейский ревун. Не, на фиг! Если когда-нибудь истина вскроется (а зная папеньку и Мака, это можно утверждать наверняка), она же меня живьем съест. Прямо с одеждой и ботинками. Зато вроде отвлеклась, и дрожит уже больше от холода, нежели от пережитого ужаса.

— Сиди, короче. Дров наберу, будем греться.

— А огонь как добудешь? Силой мысли?

Ага, вообще оклемалась. Хохмит без остановки.

— Есть способ, — не повелся я. — Постараюсь быстро, никуда не уходи, с незнакомыми дяденьками не разговаривай.

— Очень смешно!

Угу, обхохочешься. Но пусть последнее слово за ней останется, мне же проще будет.

Хотя данное утверждение оказалось спорным — повернуться к девушке спиной я себя заставил с некоторым трудом. Отчаянно не хотелось оставлять ее одну, постоянно казалось, что стоит мне только чуть отвлечься, как из кустов выскочит давешний ночной «ниндзя» и в эти самые кусты ненаглядную уволочет. Пришлось пообещать самому себе не отходить далеко и не терять Альбертину из вида. Задача-то, по большому счету, элементарная — чтобы она моего разговора с орбитой не слышала. А что оный вскоре воспоследует, я ни секунды не сомневался. Вряд ли Зевс сохранил происшествие в тайне от хозяина.

Собственно, именно так и вышло. Едва я удалился от временного бивака шагов на тридцать, как перед глазами возникло ожидаемое сообщение: «Входящий голосовой вызов». «Ответить?» «Да/Нет».

— На связи, — буркнул я, нагнувшись за первой подходящей валежиной.

Хотя скорее плавняком, с учетом местной специфики. Пофиг, главное, что кусок дерева сухой и не слишком здоровый. А откуда его принесло — то одним лишь волнам известно. Ну, может, еще ветра озорные в курсе.

— И во что это ты опять ввязался, сын?

— И вам здравствуйте, папенька. Что-то вы долго.

— Привет-привет. Так что ты опять натворил?

— Два вопроса: почему я, и почему опять? — выразил я законное негодование. — Мы с Альбертиной, между прочим, жертвы обстоятельств. А может и злого умысла, если я насчет Майка прав.

— Вот с этого места поподробней… хотя стой. Слушай це-у: сидите на месте, никуда не рыпайтесь, я сейчас Стефано координаты сброшу, в течение получаса-сорока минут вас подберут.

— А что так долго? Я думал, как только наш катамаран растворился, весь Патруль на уши встал.

— Неправильно думал. Знаешь, что самое смешное, сын?

— Ну уж просветите неразумного отпрыска, будьте любезны.

— Никто даже не почесался. По той простой причине, что сигнал от вас все еще исправно поступает.

— Черт! Об этом я не подумал…

— А что, были предпосылки?

— Естественно. Майк же нас похитить пытался. Значит, должен был подстраховаться, чтобы хотя бы несколько часов выиграть. Поэтому и «Метеор» с утра угнал. С него легче имитировать бурную деятельность. А уж «обманку» соорудить вообще не проблема — у него был полный доступ к нашей лоханке.

— И вот теперь снова поподробнее. Похитить? Ты-то ему нахрена?

— Скорее всего, просто за компанию, — поделился я соображениями, памятуя о «прицепе» и не забывая подбирать подходящие деревяшки и складывать их в относительно компактную кучку. — В основном ему Тинка нужна была, он через нее на Монтанари-отца хотел повлиять. Наверняка что-то по службе, контрабандистские дела. Вот только мы ему всю малину обгадили. Впрочем, справедливости ради надо отметить, что началось все из-за Франки, она взбрыкнула. А я просто воспользовался ситуацией. Вернее, ситуация мной… воспользовалась, так сказать.