Книга Операция «Сафари», страница 433 – Александр Быченин

Что ж, тут он в своем праве. Я командовать буду позже, когда доберемся до места и проведем первичный осмотр. В пути же капитан корабля, а тем более флагмана, царь и бог, и никто с этим не спорит. Я с сожалением отмахнулся от Чудакова, мол, не до тебя, и буркнул:

— Через три минуты буду.

Дмитров разорвал видеовызов, я же еще несколько секунд тупо пялился на погасший экран КПК. Похоже, история подходила к логическому завершению, и я не зря столько недель подряд терпел всяческие лишения и подвергался нешуточным опасностям. И вот буквально через несколько часов все кончится. Даже грустно немного становилось от осознания этого факта… Стряхнув оцепенение, я спрятал наладонник в карман и двинулся к ближайшему лифту.

Резервная рубка походила на растревоженный муравейник. Раздраженный Дмитров прохаживался вдоль здоровенного стола-голопроектора, над которым светилась всеми цветами радуги объемная схема системы эпсилон Индейца, а в центре помещения мерцал кокон активированного капитанского «трона». Сновали туда-сюда специалисты из дежурной смены, которую кап-3 и впрямь загнал в рубку задолго до появления врага в пределах видимости, и что-то бубнили в микрофоны целых два связиста – судя по обилию неудобоваримых специфических терминов, организовывали видеоконференцию в режиме реального времени. Здесь же ошивался старший навигатор Федя Дубленкин – мой погодок, с которым мы были схожи во всем, начиная со звания и заканчивая телосложением, даже характеры не слишком различались. Завидев меня, кап-3 по традиции закатил глаза и возвестил:

— Тарасов, ты не представляешь, в какую задницу нас угораздило залезть!

— Да ладно, босс, не все так трагично! – попытался смягчить высказывание начальства навигатор. – Прорвемся. Задачка для третьего курса штурманского училища.

— А что, собственно, стряслось? – поинтересовался я на правах новоприбывшего.

— Пушной зверь нарисовался, – пробурчал Дмитров. – Огроменный такой. Эй, халявщики, где картинка? – переключился он на связистов.

— Тридцать секунд, товарищ капитан третьего ранга!

Дмитров уставился на голографическую проекцию системы и о чем-то задумался, раздраженно дернув щекой.

— Федь, чего это с Иванычем? – толкнул я в бок штурмана. – Он сегодня сам себя превзошел в пессимизме.

— Есть с чего, – шепнул он. – Координаты получили просто атас. Сам глянь.

Я перевел взгляд на голопроектор, но отыскать красную точку маркера в хитросплетении линий не успел – обзорный экран рубки разделился на несколько сегментов, явив взору офицеров, несших боевое дежурство на кораблях группы. Дмитров моментально вышел из задумчивости:

— Начинаем!

Один из связистов оторвался от пульта и объявил:

— Внимание по эскадре! Проверка связи!

— «Георгий Победоносец» готовность один! – отозвался кап-3 Штерн, рыжий поволжский немец с крючковатым носом.

— «Громовержец» готовность один! – А это уже старший лейтенант Удальцов, командир одного из корветов.

— «Тор» готовность один! – не отстал его коллега капитан-лейтенант Вяземский.

Вообще-то окошек с говорящими головами на обзорном экране было семь – кроме капитанов кораблей, на совещании присутствовали командир второго штурмового отряда капитан третьего ранга Барановский и навигаторы. Именно на последних и должна была лечь основная ответственность. Все-таки космонавигация в загаженной системе не шутка, тут не по семь, по десять раз каждую цифру перепроверять придется.