Онлайн книга «Операция «Сафари»»
|
Строительная площадка скрылась за поворотом, катер немного попетлял в нагромождении изъеденных эрозией скал и завис на антигравах перед матово мерцающими створками грузового шлюза. На фоне окружающего пейзажа они выглядели предельно чужеродно – сооружение активно использовалось, что сразу же сказалось на целостности пыльного покрова. Пока створки медленно расползались, освобождая проход, я глазел по сторонам: уж больно странные вокруг скалы. Нет атмосферы, значит, нет и эрозии, тут я маху дал. Камни повреждены как-то иначе, скорее всего, легорийцы просто врезали по площади из чего-то вибрационного. Так как звук в вакууме не распространяется, логично предположить, что применили гравитационное оружие. Не те жуткие установки, что породили многочисленные аномалии в космосе, конечно, а кое-что попроще – банальные «колебалки», которые обе стороны активно использовали для разрушения искусственных объектов. А что, дешево и сердито! И радиационного загрязнения нет, как от ядерных боеголовок. Наша скорлупка наконец нырнула в провал шлюза и мягко опустилась на пол. Помещение вокруг залилось мертвенным светом фосфоресцирующих панелей, и створки начали сходиться с черепашьей скоростью – отсутствие обслуживания на протяжении почти целого века не могло не сказаться на состоянии механизмов, немудрено, что тяжелые бронепластины ползли буквально по миллиметру. Будь тут атмосфера, зуб даю, что мы бы от скрипа оглохли. А так ничего, нормально. Только медленно. В конце концов створки сомкнулись, и невидимые компрессоры начали нагнетать в зал воздух, что тоже оказалось процессом довольно длительным. Внутренняя переборка распахнулась лишь минут через десять, и истосковавшийся в ожидании пилот лихо подал катер в открывшийся тоннель, полого уходящий в недра планеты. По нему мы спустились метров на пятьдесят и попали в куда более просторную транспортную артерию, приведшую в обширный ангар для планетарной техники. Здесь работала дежурная смена аэродромной обслуги: по указанию одного из диспетчеров пилот приткнул катер на пятачок, украшенный надписью «Площадка А-3», по давней традиции поздравил меня с успешным завершением полета и разгерметизировал люки. Выбравшись из кабины, я повертел головой, но встречающих не обнаружил и привалился к туше катера, приготовившись ждать. Откинул забрало и глубоко вдохнул, наслаждаясь полузабытым ощущением. Воздух на вкус оказался именно таким, как я ожидал: сухим и безжизненным, но уже напитанным морем запахов. Тут и смазка, и нагретый металл, и легкий лекарственный аромат после регенератора. Но самое главное – пыль, причем самая противная, какая бывает, когда «болгаркой» камень режут. Ни одно помещение, отведенное под технические нужды, не минует сей участи, хоть на космостанции, хоть на планете с пригодной для дыхания атмосферой. Эх, молодость! Два года в таких местах проторчал, пока срочную служил… Из ностальгических воспоминаний меня вырвал знакомый голос: — Тарасов! Саня! Здорово! Ко мне приближался неведомо откуда взявшийся старый знакомец – лейтенант Котов, бывший спецназовец из «Вымпела», а ныне сотрудник СБФ, мой соратник по первому походу. Простоволосый, в потрепанном комбезе, он мало чем напоминал того подтянутого молодого офицера, что предстал перед нами на брифинге около месяца назад. |