Книга Операция «Сафари», страница 180 – Александр Быченин

— Капитан дело говорит! – пророкотал Михалыч, не забыв между словами всадить пулю в очередного мутанта.

Сашка молча кивнул на мой вопросительный взгляд. Он как раз менял опустошенный магазин, некогда ему было разговоры разговаривать.

— Да хрен с вами! – сдался Волчара. – Кто пойдет?

— Я один пойду, – пресек я разговоры. – Вы все сейчас заляжете в шлюзе, по возможности хлама какого-нибудь накидайте, хоть какая-то защита будет. А я быстро смотаюсь к «бардаку». Пойду на усилителях, за мной никто из вас не угонится, только мешать будете. Пусть Михалыч меня прикрывает, а остальные зверье не подпускают вплотную. КПК с ворот не снимать! Все, по местам!

— Хрен ли ждете?! – заорал Волчара, окунаясь в привычную стихию. – Бегом, бегом, бегом!!!

Я прижал подбородком кнопку усилителя и гигантскими прыжками понесся к груде металла, бывшей совсем недавно «бардаком». Мельком успел заметить, как мои товарищи один за другим скрываются под сводами шлюза, и довольно хмыкнул. На виду остались лишь Волчара с Михалычем, прилипшие к стенам, – молодцы, страхуют.

Семьдесят с небольшим метров, отделявшие покореженный броневик от шлюза, я преодолел секунд за пять. Приземление после каждого скачка было довольно жестким, удары о землю отдавались острой болью в пятках, но я терпел, матерясь про себя. Один раз под ноги мне бросился молодой волк, но я впечатал его подошвой в серую траву, с хрустом сокрушив шею. Еще одна зверюга, вроде бы олень, попыталась перехватить меня в прыжке, но добилась лишь небольшого изменения моей траектории, а сама отлетела с раздробленными ребрами. Зато я сам с размаху влетел в борт «коробочки», не рассчитав последний прыжок, буквально стек по броне и согнулся в приступе жестокого кашля – столкновение выбило из легких весь воздух. На одной лишь силе воли я сумел прижаться спиной к покореженному колесу и чуть ли не в упор встретил ВОГом из подствольника очередного мутанта. Матерый медведь, больше напоминавший гору перекореженных мышц с ошметками шерсти, разлетелся на куски, окатив меня потоком вонючей крови. От разорванной туши потянуло волной зловония, и я чуть было не блеванул, но спазм отразился от все еще сведенных мышц грудной клетки, и немного отпустило. М-мать, как же это я?.. Наверное, на размер среагировал. Немного спустя я все-таки продышался, машинально отмечая валящихся на землю мутантов – Михалыч с Волчарой дело свое знали крепко. С трудом разогнувшись, приложился шлемом о борт – совсем забыл про включенный усилитель – вырубил экзоскелет и неуклюже вскарабкался на броню в районе отделения управления.

Люк механика-водителя оказался покорежен прямым попаданием – почти в самой его середине зияла идеально круглая дыра. А вот командирский удалось вскрыть, даже не прибегая к спецвозможностям. Откинув броневую крышку, я осторожно заглянул внутрь, опасаясь обнаружить на месте экипажа фарш. Ожидания мои оправдались наполовину – все-таки не кумулятивным снарядом попали, а бронебойными болванками. В тесном кубрике густо пахло кровью, которая толчками выплескивалась из обрубка левой ноги лейтенанта Торопова, а Жека был безнадежно мертв – один снаряд попал в грудь, разворотив ее на куски, которые удерживались лишь кителем и насквозь прошитым бронежилетом, а второй, пробивший под углом люк, снес ему верхушку черепа – и шлем не помог. А вот лейтенанта такой же девайс, похоже, спас – на левой стороне отчетливо проступили царапины, оставленные кусками разлетевшейся аппаратуры. Забрало расцвело звездой битого пластика, но нестандартную нагрузку выдержало – голова цела, слава богу. Тело защитил броник, но из левого плеча торчал зазубренный кусок железа, похожий на сюрикен. Плюс нога… Сильно ему досталось, спешить надо.