Книга Оружейники II, страница 630 – Александр Быченин

— То есть?

— Это я обезвредил того, второго Майка, когда он почти добрался до Дрейка. Обыскивал его тоже я, да и наручники надевал.

— И что?

— Да так, ничего. Есть у меня кое-какие средства воздействия на электронику. Дистанционные, разумеется.

— А что за взрыв был?

— Тоже услышал? Это Майк. У него была самодельная термобарическая граната. Я ему ее оставил, когда обыскивал. А эти идиоты даже не стали его проверять, на меня понадеялись.

— Но… зачем?!

— Чтобы у него была альтернатива. Знаешь такое слово?

Я, если честно, ничего не понял, но выпытывать подробности не стал. Не время и не место. Впрочем, Курьер был того же мнения:

— Пошли за Никки, на ходу договорим.

Смальков выпростался из кресла и шагнул к двери. Мне не оставалось ничего иного, как последовать за ним. Курьер явно знал, что делал. Вот только долго молчать оказалось выше моих сил – любопытство прямо-таки распирало.

— Почему вы помогаете мне?

— Ты заслужил, – ответил седой.

— Я?!

— Ну, тот, второй Майк. Но ведь он это ты, а ты это он, верно? Так что заслужил.

— Но… он же преступник!

— Я бы назвал его иначе. На мой взгляд он борец с системой. Он не побоялся пойти против всего мира, когда посчитал, что с его близкими обошлись несправедливо. Проявил твердость характера и стойкость духа. А еще он показал, что способен на самопожертвование. И это самое ценное – в процессе войны с миром он не превратился в бездушную машину для убийств. Вернее, как раз превратился, но сумел сохранить и нечто человеческое. И в нужный момент это человеческое в нем возобладало. И он воспользовался альтернативой. Поэтому я и решил помочь ему. То есть вам с Никки, как правопреемникам.

— Что-то я не верю. Давно уже филантропам не верю.

— И правильно делаешь. У меня есть еще как минимум две причины помочь вам. Первая – ностальгия. Я сам когда-то, еще в молодости, побывал в похожей ситуации. Один против всего мира. Вторая – банальная выгода. Дрейк предлагал лишь психоматрицу элитного бойца, да подбивал клинья насчет биониевого псевдобессмертия. А что дал ты?

Действительно, а что дал я? Матрицу, носителя матрицы собственной персоной, ценного специалиста (даже двух, считая Никки) и контакт с новой Колонией. Плюс фактически беспрепятственный доступ ко всем ресурсам Ваала. Курьер этого, естественно, пока не знает, но догадывается. Ха, мелочь какая!

— Дошло?

Я в ответ лишь угрюмо кивнул, хоть он этого и не видел. Везде бабло. А ведь так хотелось хоть на секунду поверить в человечество! Интересно, как там Майк-оцифрованный, в виртуальном мире колонистов Ваала? Хотя… если Смальков и впрямь настолько хитровыдуманный, у меня еще будет возможность с ним пообщаться.

— А почему вы не добили Дрейка?

— Ты думаешь, там есть, кого добивать? – Голос Курьера стал предельно серьезен. – После термобарического-то взрыва? Хотя… самоделка все-таки. Ладно, предположим, что Дрейк выжил. Зачем его добивать? Менять шило на мыло? Искать общий язык с новым представителем Корпорации? Я тебе больше скажу, мы и контакт с ваальцами афишировать не будем. И обрушивать рынок биония тоже. Просто составим конкуренцию нынешним монополистам. И знаешь почему?

— Равновесие?

— Именно. Какой смысл ломать уже сложившуюся систему? Представь, каких жертв удастся избежать, если мы просто встроимся в нее, ничего не ломая и не корежа. Так мы еще эффективнее сможем воздействовать на типов вроде Дрейка. Я сейчас держу его за горло, но не душу наглухо. При условии, что он выжил, конечно. У него есть пространство для маневра. В конце концов, если ему повезло, пусть и дальше коптит небо. Но мы прихватили его за самое чувствительное место – кошелек. Вернее, ты прихватил.