Книга Оружейники I, страница 278 – Александр Быченин

«Зевс, проверь».

«Ответ положительный. Подозрительная активность – два глайдера, удаленность девяносто восемь и семьдесят три метра соответственно. Третий ряд, верхний горизонт».

— Ладно, красотка, уговорила! – сдался я. Хотелось бы надеяться, что физиономия у меня сейчас соответствует случаю, то бишь весьма скорбная. Лишь бы не переиграть. – Говоришь, Рэй меня хочет видеть?

— Нет, – легко отказалась от своих слов Кийоко. – Я говорила, что кое-кто хочет тебя видеть. Понятия не имею, что за Рэй.

— Ну да, ну да, – хмыкнул я. В очередной раз, ага. – Будем считать, что ты никого не сдала. Развяжи меня, и полетели.

— Не дождешься.

— Хм… а чего это у тебя щеки побледнели? И пульс участился?

— Ур-род!.. Т… ты!..

— Так развяжешь?

— Д… да!!!

«Зевс, закругляйся».

— Ладно, еще раз, – устало вздохнул я. – Ты меня развязываешь, и мы летим к этому самому, как его… не важно. Ты не пытаешься меня больше вырубить, я не делаю тебе больно и страшно. Договорились?

— Договорились! – сверкнула очками девушка. – Козел!

– Да хоть горшком назови, только в печь не толкай, – усмехнулся я.

— Что?

— Ничего. Развязывай, и погнали! Эти вон перестраиваются.

— Черт!

Ну, наконец-то! Вот все в девчонках хорошо – и лицо, и грудь, и попа. Только тормозные донельзя. А еще вредные и гордые. И вообще… впрочем, пофиг, именно за это мы их и любим.

Кийоко одним нажатием на стопор освободила меня от пут, и я смог вдохнуть полной грудью. Да и суставами поскрипеть – конечности порядочно уже затекли, как пальцами шевелил, сам не пойму.

— Пристегнись, придурок.

— Я тоже тебя люблю, крошка! А-а-а-а, м-мать!!!

Должен признать, Кийоко оказалась классным пилотом. Я даже с Энди (царствие небесное) так не пугался, когда он в бытность нашу на Пандоре весьма оригинальным способом от аномалий уворачивался. Хотя что-то общее было, этого не отнять: в первый же миг после заключения договора клятая девица бросила глайдер в штопор, наплевав на правила воздушного движения. А учитывая, что летели мы чуть ли не в центре мегаполиса, ощущения получились даже не острыми, а… не знаю, как выразиться. Тело само среагировало истошным криком. Надо отдать Кийоко должное, с задачей она справилась блестяще: выровняла летательный аппарат чуть ли не в паре метров от дорожного полотна, по которому плотным потоком неслись нескончаемые колесные кары, скутеры и сегвеи, чудом разминулась со встречкой (громадной фурой, я и не знал, что такие до сих пор используются), ввинтилась в крохотный зазор между парой грузовиков чуть поменьше, и на той же дикой скорости умудрилась свернуть в неприметный переулочек. Даже, скорее, тоннель – довольно широкий и высокий, метра три-четыре, но трюк от того не стал менее сложным. Не мудрено, что преследователи нас тут же потеряли. По крайней мере, мне так показалось, но для верности я снова напряг напарника, воспользовавшись все еще активированным виртуальным пространством.

«Зевс, обстановка».

«Контакт потерян. Вероятность повторного обнаружения – 63 %».

— Многовато, – хмыкнул я вслух, и тут же сам себя обругал мысленно – не дело палиться перед временным союзником. Хотя чего уж…

— Что? – незамедлительно вскинулась Кийоко.

— Многовато напустил, – криво ухмыльнулся я. – Подгузник не выдержал.

— Очень смешно, – надулась девушка. – Мог бы и спасибо сказать.