Книга Там, на островах, страница 141 – Александр Быченин

— В «нумере», — сдался я. — В верхнем ящике стола. Но я не пойду, мне лениво. Хочешь, сам иди.

— Ладно, это не к спеху, — угомонился Вова. — Ты давай про вот это вот дело поподробней. Чего это листок такой цветной и красивый?

— Да это я просто сверху кальку приляпал, — пояснил я. — В смарте, естественно. Отыскал по «скринам» нужный кусок карты архипелага, смасштабировал, пока кроки на пластике и «скрин» не совпали, и вуаля! У нас теперь есть нормальная географическая карта, по которой вполне можно ориентироваться. Вот только указателя типа «крестик» или надписи «копать тута», «рыть отседа и до обеда» и тому подобного я не обнаружил.

— Удивительно, что ты вообще хоть что-то раскопал! — расщедрился на похвалу Вова. — Но я в тебе и не сомневался! Правда, есть пара вопросов…

— Валяй! — махнул я рукой. — Только это… сгоняй сначала за пивом. И оригинал заодно можешь забрать, там открыто.

— Ладно, чёрт языкастый, уговорил! — не поленился оторвать зад от шезлонга Вова.

И, надо сказать, управился довольно быстро — я даже толком с мыслями собраться не успел, как стал счастливым обладателем вскрытой бутылки пива, приятно холодившей боками пальцы. А уж какое в ней содержимое! В послеполуденную жару — самое то! Нектар! Амброзия! Что бы ещё такое же пафосное приплести?.. В общем, пауза, она же пиво-брейк, порядочно затянулась. Плюс мы оба невольно отвлеклись на показавшуюся в бухточке «Мурену» незабвенного капитана Секейры, которую ни с одной другой лоханкой попросту не спутать — очень уж силуэт отличается. Однако до швартовки ещё оставалось довольно много времени, плюс разгрузочная суета, то-сё, пятое-десятое… короче, ну их на фиг.

— Я тебя слушаю, Профессор! — вернул меня из райских кущ на грешную Роксану Вова.

— По поводу? — нехотя оторвался я от бутылки.

— А, точно! — хлопнул себя по бёдрам напарник. — Я ж вопросы не озвучил!

— Вот именно! — воспользовался я заминкой, чтобы сделать ещё один глоток.

— Ща, погоди! — последовал моему примеру Вова, в один присест ополовинив собственную тару. — Ф-фух! Хорошо пошла! Короче, вопросы следующие. Что за калька, это я понял, не дурнее паровоза. А что за «скрины» ты упомянул? И почему у меня такое чувство, что они в кавычках?

— Правильное у тебя чувство, — ухмыльнулся я. — Потому что «скрины» они очень условно. Скорее, воспроизведённые в памяти стоп-кадры, но очень чёткие и стабильные.

— Ладно, Профессор, давай ещё раз, — тяжко вздохнул Вова. — Стоп-кадры чего именно? И как ты их распечатывать умудряешься?

— Как бы тебе объяснить-то попроще… — задумался я. — Помнишь, я тебе про гигасеть говорил? Ну, из видения? Обрывки памяти Эшу Урсы? Мне кажется, это некая незадокументированная возможность, но… та инфа, что за эти два дня прорвалась из подсознания в… ну, пусть будет оперативная память! — в общем, она отличается от остальных моих знаний. Вот ты когда что-то вспоминаешь, ты как, цельную картинку получаешь? Или обрывочные сведения, в части, тебя касающейся?

— Конечно, второе! — стрельнул в меня быстрым взглядом Вова. — Профессор, если бы у меня была фотографическая память, уж ты бы об этом знал, поверь!

— Во-о-от! — протянул я. — А у меня, похоже, теперь именно такая — фотографическая. Только не на всё подряд, а на инфу из багажа Эшу Урсы. То есть, если это видение, то я могу его в любой момент небольшим усилием воли вызвать в памяти, и прокручивать буквально по кадрам! И каждый этот кадр статичен! То есть держится перед глазами столько, сколько мне нужно! А ещё его можно сделать прозрачным и смотреть сквозь него. Контуры почти не мешают… ну да, скорее всего, это именно Эшу работа. Он как-то подключается к воспроизведению, плюс мои собственные вычислительные ресурсы задействует, потому что после таких сеансов голова тяжёлая становится. Как с лёгкого похмелья, примерно.