Книга Пламени Подобный, страница 58 – Роман Прокофьев

У воинов Болотных Пещер был единственный шанс остановить его — в самом начале, на подлете, не дать упасть им на голову и первым активировать Руны. Тогда все становилось немного сложнее, а теперь — наоборот, легче! Их метательное оружие не могло причинить ему вреда, отклоняемое порывами Крыльев Ветра, поразить Руной фигуру, стремительно движущуюся в тумане, было сложно — еще пойми, где враг, где свои; а в ближнем бою… не родился еще тот болотник, что одолел бы Одного из Тысячи врукопашную!

Люди Черного Триглава сперва даже не поняли, что произошло. Где враги, сколько их, откуда они пришли и что вообще делать⁈ Когда Громовой Шквал разметал шатер вождя и повалил их знаки, когда искровые вихри заметались между палаток, а часть лагеря неожиданно залил густой туман, в котором начали кричать и умирать люди, в лагере воцарилось подобие паники. Конечно, у них были шансы восстановить порядок, окружить и в конце концов убить его — три сотни вооруженных бывалых воинов и по меньшей мере пятьдесят Восходящих среди них, — но когда в дело вступили его Руны, Незримый сказал клану Болотных Пещер: «не сегодня».

Азимандия и Морвейн прибыли одновременно, после второго Громового Шквала. Пользуясь Левитацией, они опустились в разных местах лагеря — Азимандия почти рядом с ним, а Заклинательница Духов — возле Стрелы. В ее руках появился Воющий Кувшин, и к моменту, когда Восходящая коснулась земли, он уже издал нечеловеческий, злобный, кричащий вопль, исторгая из себя водоворот разъяренных призраков.

Главной задачей Морвейн было заблокировать Стрелу, чтобы враги не смогли воспользоваться ею для бегства. И с первых же секунд стало ясно, что болотники захотят оказаться как можно дальше от этого места! Призрачные твари, прежде охранявшие Домен Флекса Тория, вырвались из ревущего Кувшина и, обретая самые причудливые формы, закружились вокруг Заклинательницы, яростно атакуя разбегающихся людей. Морвейн скупыми жестами управляла своей сворой, и Белый Дьявол не особо беспокоился о ней — помимо ауры Ужаса и Холодной Чешуи, Заклинательницу защищал опыт и искусство двух жизней в Единстве и Вечности. Она не колебалась, даря смерть — он видел, как оказавшегося неподалеку огромного болотника краешком задела Руна Некроза — и тот с криками превратился в заживо разлагающийся труп.

А вот задачей Азимандии было устроить в лагере полный хаос и оттеснить врагов от палатки Черного Триглава, дав своему хозяину разобраться с вождем самостоятельно. Парящая над землей кел-леди, облаченная в Шевелящийся Доспех, веером выпустила свою серебряную команду: Провидица, Циклоп, Варвар, Танцовщица, Садовник и Призрачные Девы вступили в бой.

И как только они появились, триста воинов и пятьдесят Восходящих (уже меньше, Белый Дьявол знал это) перестали играть роль. Ибо у тебя может быть сколько угодно мусора и тусклой бронзы, но золото и семерка сильного серебра легко бьет такую ставку.

Особенно если их ведет в бой осколок Единого!

О, то была славная битва! Белый Дьявол по-настоящему наслаждался, ощущая, как радуются дух и тело, напряженные до предела, как его рука и Руны убивают врагов, как трещат их кости, брызжет горячая кровь и трепещет дух, уходя за грань бытия. Зеленокожие измененные были неплохими бойцами по меркам этого Круга — но не против него, вошедшего в боевой транс Стиля Бури, как раз и созданного для схваток с многочисленными, но слабыми противниками. Оружие болотников, медленное и жалкое, не могло причинить никакого вреда, даже когда они опомнились, сдули Туман, выпустили своих Существ и принялись применять свои Руны — у них не было никаких шансов! Он вдруг с необычайной остротой вспомнил, что любит убивать — почти так же, как побеждать, любить, править, решать и властвовать. Многие из Тысячи были таковы — и потому люди порой страшились их, слишком ярких, жестоких и могучих для слабой человеческой природы.