Книга Истинный, страница 99 – Роман Прокофьев

Руна-Заклинание Сферы Пустоты (серебро) — мощнейшее боевое Заклинание. Именно оно вывело меня из строя в первом поединке — потому что создавало область, где Скрижаль и Руны нейтрализованы. У кел-леди имелась похожая, но золотая вариация, накрывавшая целую область — здесь же условный «пузырь антимагии» нужно было выстреливать точно, сам он был небольшим, рассчитанным на нейтрализацию одиночного противника, и действовал недолго.

Руна-Существо Слуг (серебро) — содержал группу бронзовых Существ-слуг, которых я уже мельком видел в куполе. Человекообразные, но не люди. Функции, судя по описанию, универсальные.

И наконец Руна-Предмет Ключа Эрды Корпуса (серебро) — необычный артефакт, который тоже заставил меня задуматься. Похоже, он служил одновременно неким «удостоверением личности», а также «ключом-пропуском» в некие «узлы» и «хартленд» Корпуса. Но не только: еще он мог «передавать послания», примерно как мой Говорящий Камень. Очень интересно, но активировать его из любопытства явно не стоило.

Глядя на этот набор Рун, я понял, что мне просто чудовищно, невероятно повезло. При всех раскладах эрда Корпуса должна была просто растерзать меня. Выручил только Орден Истинных, перезарядивший Ястреб, и Хитрейший, развязавший руки. И когитор, конечно. Несомненно, без Скай в той схватке меня бы ждала бесславная смерть или плен.

Я вновь вернулся к тем Рунам, что терпеливо подсвечивала Скай. Тянуть было незачем, и я активировал Послание Оноры.

Сага всегда помещала в тело того, кто ее записывал, и эта не стала исключением.

Мир погас, а передо мной появились очертания большого помещения, тонущего в легкой полутьме. Пол из полированного обсидиана, отражающий мерцание светильников, похожих на парящие звезды, черные колонны, обрамляющие огромное роскошное ложе с покрывалом цвета старого вина и разбросанными подушками, украшенными серебряными кистями. Справа от него — купель с бледно-золотой водой и многочисленными флаконами на бортиках, слева — огромный стол и что-то вроде книжного шкафа, скрытые ниши которого были вперемешку заполнены фолиантами, артефактами, оружием и трофеями. Ноздри защекотал острый запах благовоний, а сама обстановка здорово напоминала интерьеры Серебряного Замка. Кел — их аромат, их стилистика, их почерк чувствовались в каждой детали этого места.

Бледная рука с необычно длинными пальцами — по сравнению с земными они выглядели пугающим произведением искусства — аккуратно поставила на столик бокал с густым алым содержимым, рядом с тарелкой, где темнели засахаренные ягоды. Взгляд ее владельца, вернее, владелицы, вместе с ней самой развернулся в другом направлении — к огромному зеркалу в оправе из двух сплетающихся металлических змей.

Я снова увидел эрду Онору. Но совсем иную — в отражении Восходящая сидела на изящном стуле и была облачена во что-то вроде полукомбинезона из тончайшей змеиной кожи, изумрудной с серебряным переливом. Одежда подчеркивала каждый изгиб, но не выглядела вульгарной — скорее создавала образ соблазнительной, зловещей хищницы. Надо признать, в таком виде, с волной темных волос и багрово-алыми, будто покрытыми запекшейся кровью губами, кел выглядела не хуже Азимандии, но, как и она, казалась невероятно чуждым существом.

— Я Онора Эверент Ноктис кел Аммос. Эрда Корпуса Ноктис, — представилась эрда на Едином, внимательно глядя в зеркало. — Если ты, Восходящий, сейчас видишь мою осанну, это означает, что я погибла и тебе досталось содержимое моей Скрижали.