Книга Дикая Охота, страница 3 – Роман Прокофьев

Оставалось только одно — на Земле существовали предтечи проекта Авроры Мартинс. Материалы по ним наверняка прибыли в ковчеге и стали основой ее разработок. И получается, что я имею к ним непосредственное отношение.

Но тогда почему я ничего не помню об этом? Память о Земле давно восстановилась, но я не находил ни малейшего следа. Разве что лакуна после окончания Академии, о которой я вообще ничего не помнил, хотя в моем био о ней сохранились лишь скупые строчки:

С 2418 — данные засекречены.

С 2419 — участник проекта «Космо».

И вторая специализация тоже была засекреченной. Как мне уже сообщили, заглянуть под замок секретности могут только координаторы «Космо», а в нашей колонии никого с таким статусом не имелось.

С памятью вообще творились подозрительные вещи. Да, я помнил Землю, но по сравнению с яркими воспоминаниями Единства земные события казались чужим, поблекшим, не вызывающим эмоционального отклика сном. Было — но как будто с кем-то другим. Конечно, можно списать на криостазис, в котором все колонисты пробыли неизвестно сколько лет, либо на психофизиологические изменения мозга в процессе Восхождения, никем толком не изученные… однако не оставляло ощущение, что со мной что-то не так.

Были и еще странные зацепки. Девушка Тайна из того яркого сна во время нейротрансформации и другие необычные видения, возникавшие передо мной в моменты инкарнации. Этих эпизодов не было в моей памяти. Я был готов поклясться, что в прошлом не происходило ничего подобного! Эти кусочки странной мозаики объединяло одно — они вспыхивали, когда на мой мозг воздействовали с помощью Звездной Крови. Тогда в крышке закрытого сосуда, о котором говорил вселенец, на мгновение появлялась щель.

Где-то там и скрывались ответы.

Кто, черт побери, ты такой, Сигурд Морозов?

Я вновь посмотрел на нож, который держал у своей груди. Ну что, стоит попробовать? Проверить, насколько я бессмертен? Вероника и Фьюри смогли — а я чем хуже?

А может, просто умру — и все, конец? Или не смогу вытащить нож из груди и буду подыхать бесконечно? Куда денется кровь? Как это вообще работает? Честно говоря, проверять на практике совершенно не хотелось, и дело даже не в тридцати каплях Звездной Крови, что должны безвозвратно сгореть, а в банальном инстинкте самосохранения, который просто орал дурным голосом: «Ты чего творишь, идиот? Убери нож, чокнутый самоубийца!»

Но я знал, что могу преодолеть инстинкт, — новые Атрибуты Разума вывели Волю на совсем другой уровень. Если надо — могу и большее…

— Сигурд! Ты здесь?

В дверь пилотской кабины «Грифона» вдруг забарабанили. Дилемма решилась сама собой, я поспешно вложил нож в набедренную ячейку комбинезона. На обзорных камерах виднелась женская фигура со взъерошенными светлыми волосами — Фьюри, мой второй пилот. Я вздохнул — везде найдут, даже покончить с собой спокойно нельзя, — и отключил блокировку дверей и поляризацию остекления.

— Вот ты где, командир! — сказала Восходящая. — Так и знала. Вокс не отвечает. Извини, но тебя уже обыскались, рикс просил срочно найти…

— Да я хотел в тишине систему биосенсорики настроить по-человечески, — почти не соврал я, пеленгатор действительно нуждался в калибровке. — Ладно, пойдем…

— Травинка не с тобой? — она подозрительно заглянула в кабину, словно рассчитывая увидеть там поспешно одевающуюся девушку.