Книга Тинг, страница 60 – Роман Прокофьев

— Теперь мы звать это Язва. Там больше не быть города Кел, не быть старых развалин, ничего не быть — только дыра в Единстве, — продолжил Лэндо, круговым движением острия выкапывая небольшую ямку. — Червей приходить много. Так много, что никто не верить, что быть так. Их вести Всадники, темные Восходящие, что жить во Тьме. Они седлать огромных Червей, как тауро… и иметь черные Руны. Испорченные, проклятые Руны! Ты слышать о таких, Сигурд?

Я молча кивнул, не вдаваясь в подробности.

— Люди Теней, что жить вдоль Стены, погибать первым. Черви сожрать три септы, остальные бежать в Каменные Луки. С тех пор Народ Теней не любить Народ Трав. Они говорить — это наше Древо призывать Червей! — усмехнулся Лэндо. — Мой прадед Горячее Солнце собирать первый эль Людей Трав. Он стать первый кинг! Наблюдатель давать задания, серебро и золото, к нам приходить Люди Моря, Люди Леса, Люди Пещер. Люди Древа нам давать игг-оружие против Червей. Великий союз быть защищать Древо. Тысячи Восходящих!

Я слушал, затаив дыхание. Похоже, что посадка семечка Игг-Древа могла вызвать нешуточные катаклизмы. Конечно, золотой Подвиг, да и голос предупреждал, что юный Росток придется защищать, однако нашествие орды Червей, да еще под предводительством тварей похуже, чем мы убили в Домене — немного не тот масштаб событий, на который я, хм, рассчитывал.

— И быть великая битва. Черви дойти сюда, даже золотые Руны не остановить их! И тогда Наблюдатель присылать свои корабли! — Лэндо вскочил на ноги и указал в сторону одного из белых куполов. — Они падать с неба, небесные воины выходить из них и сражаться с войском Червей! Три древодня быть битва! И мы победить! Много Восходящих погибнуть, но мы победить!

В нашем фригольде не насчитывалось даже сотни Восходящих, и я ощутил нечто вроде тянущего отчаяния. Кыш, похоже, будет очень разочарован, но нужно трижды подумать, где и как сажать новое Игг-Древо. А главное — как защищать его!

— Поэтому у вашего Древа такая… мало листьев?

— Да. Его первые ветви и листья сжечь черными Рунами, и они плохо расти теперь. Но Пылающий Рог не умереть. А Черви и наездники умереть все. Небесный остров Наблюдателя приходить над Язвой и бить небесным огнем, а его воины идти дальше, внутрь. Черви больше не приходить.

— И сейчас там больше нет Червей? — недоверчиво поинтересовался я. — В этой вашей дыре… Язве?

— Больше нет. Сейчас там жить септа Луноликих, они быть наши враги больше, нет… хуже Червей!

— Эррос и Аммос никогда не любили друг друга, но Черви враг всех разумных Единства, — прошипел Белый Дьявол. — Этот глупый ювейн должен вырвать свой язык!

Люди Трав и Люди Теней давно враждовали, и сегодня я узнал почему. Очень жаль — потому что и сереброволосые сородичи Говорящей-с-Травами и золотокожие соплеменники Лэндо показались мне наиболее близкими землянам. Люди Леса, такие как Лохмач, или Реки, подобные Форели, стояли дальше, имея некоторые неприятные особенности, а эти два Народа походили на одичавших эльфов, с которыми мы оказались вполне комплементарны. И я, кажется, понимал почему. Из обрывочных фраз моего вселенца следовало, что и те и другие были далекими потомками Кел, оставшимися жить в Единстве, постепенно смешавшими кровь с теми, кого в Вечности презрительно именовали «низшими».