Книга Тинг, страница 149 – Роман Прокофьев

Коварный удар! Фламиника закричала, дернулась — мне показалось, что сейчас рухнет лицом вперед, обливаясь кровью, но ничего подобного — ее плоть, как и рассказывала Травинка, могла становиться твердой, как железное дерево, — и в следующую секунду с гневным криком сцепилась с Шейдом врукопашную.

Хорошо, что я не вышел на арену. Ожидать такого от внешне хрупкой женщины было невозможно — она парировала удары лезвий воина Наблюдателя голыми руками. Пропускала, конечно, Шейд поразил ее несколько раз: другой Восходящий уже стал бы куском окровавленного мяса, но Говорящая-с-Травами отделалась легкими рубцами, как от удара кнутом. Спустя несколько секунд отозванная змея-Аспект обвила мое Существо, повалив его на землю, а возле Восходящей, словно прорастая сквозь нее, появился огромный призрачный бутон, распустивший сияющие лепестки. Это еще что такое?

— Белый Лотос! Она исцеляется!

Но время и внимание, что Говорящая потратила на борьбу с Шейдом, управление Аспектом и призыв Белого Лотоса, было упущено. Основные Руны фламиники — потрачены, сама она была вынуждена уйти в оборону. Возможно, на это и рассчитывал Винсент Кассиди, заставивший ее выложить на стол все свои козыри.

Риксу самому хватило пары секунд, чтобы с помощью Пояса Трех Ветров, подарка Травинки, развеять Иллиумовую Пыль. Он уже стоял на ногах, вокруг правой руки опять разгоралось голубое сияние, а в следующий миг огромная призрачная длань, сомкнувшись в кулак размером с человека, неумолимым тараном ударила фламинику сверху.

Удар Кассиди! Тот самый, что стал притчей во языцех фригольда Небо.

На этот раз Винсент врезал по-настоящему. Травинка вскрикнула, я поморщился, а тингвеллир аж вздрогнул, когда его Аспект с хрустом впечатал Говорящую-с-Травами в арену. Вот это мощь…

Я подсознательно ожидал, что такой удар размажет фламинику, как человеческая ладонь — комара, однако она оказалась цела и, кажется, даже жива. Но продолжать фионтар, естественно, не могла — черт его знает, сколько костей переломал такой удар. Говорящая-с-Травами лежала лицом вверх, ее раскинутые руки и ноги слегка подрагивали, а из обоих уголков рта потянулись тонкие струйки крови.

Но она была жива! Она шевелилась, дышала, над ней не появлялись Руны — значит, исцеляющие Руны могли вернуть ей здоровье.

Тингвеллир молчал. По щекам Травинки тихо текли слезы.

Винсент Кассиди, не торопясь и чуть прихрамывая, подошел, встал над бывшей женой. Он мог казаться слишком самонадеянным, но теперь я понимал, что за этим стоят опыт и уверенность. Я видел, что призрачное лезвие Плоскостного Меча трепещет возле открытого белого горла.

— Вот и все, буря моя, — сказал он, — ты опять проиграла. Сдавайся, и я сохраню тебе жизнь.

Все Восходящие тинга, и я в том числе, смотрели на них, ожидая финального аккорда этой схватки.

И только Белый Дьявол неожиданно встрепенулся:

— Хейр!

Марк исчез. Его больше не было среди землян, но с помощью Обнаружения Энергии я нашел крадущийся туманный силуэт — младший Кассиди применил Руну Невидимости, воспользовавшись всеобщим вниманием к поединку. Он быстро спускался вниз, к самой границе арены, тем самым путем, которым шли на фионтар Восходящие. Я с трудом различал детали, но кажется, Мрак держал наготове свой блочный лук — тот самый, из которого за двести шагов застрелил Гая Флоу!