Книга Вечность, страница 67 – Роман Прокофьев

— Я говорить с новый рикс, эрлами и фламиникой, — повторил Лэндо, остановившись в двух шагах от Трейва.

— Говори, Лэндо, — с некоторым удивлением разрешил рикс — видно было, что в план мероприятий это выступление вряд ли входило.

— Я уходить в свой Народ, — сказал Лэндо спокойно. — Завтра.

— Что? У нас соглашение с твоим отцом, Лэндо. Его никто не расторгал, — отрицательно покачал головой Трейв, явно раздосадованный, что приходится вести этот диалог публично.

— Мой рикс-отец давать Клятву вашему риксу, но вашего рикса больше нет здесь. Тебе, Трейв Уитли, Народ Трав не обещать ничего, — спокойно возразил Лэндо. — По законам Восхождения быть так — новый рикс вступать в права на большой тинг. Там приносить Клятвы. Я уходить. Я рассказать отцу, что видеть здесь. И он решать — быть старый союз или заключать новый с ваш Народ.

— В твоем Народе живут наши дети, отправленные в залог за тебя, — медленно произнес Трейв. — Пока их не вернут, ты никуда не поедешь.

— Дети старого рикса, не твои, — уточнил Лэндо. — Детей вернут их отцу, как быть в Клятве. Или ты сомневаешься в слове моего отца, Ветра Равнин, рикс?

— До смены небесного знака осталось немного. Почему ты бежишь так скоро, дитя Трав? — неожиданно вмешалась Говорящая-с-Травами, делая шаг вперед. — Разве наш Народ чем-то обидел тебя?

— Младшие слушать старших, ювейн не указывать риксу, — принц говорил негромко, но с гордым достоинством. — Но если ты просить, фламиника, я сказать. Тот-Кто-Сражается говорить: нельзя победить врага, если твои руки сражаться между собой. Наш рейд воевать против древнего золота. Рикс погибать, другие Восходящие погибать и пропадать, а я видеть в ваших глазах радость. Ты приходить и уходить, когда хотеть. Портал открывать, когда хотеть. Мрак-подобный-Пламени спасать, кого хотеть. А кого не хотеть — не спасать. Мой кано Сигурд пропадать там…

— Ты что, обвиняешь меня, принц? — насмешливо переспросил Марк. — Ничего, что без меня и моей матери ты бы сейчас Червей в Шторме кормил? Вместе со своим кано…

— Тот-Кто-Сражается говорить, что все иметь свои имена, и Восходящему не надо бояться называть их. Я сказать, как думать, ты услышать, — лицо Лэндо окаменело, но говорил он по-прежнему абсолютно спокойно. — Для меня больше нет чести быть здесь. Я уходить к мой Народ. Мой отец уже знать, всадники Народа Трав быть в пути, чтобы проводить меня.

— Ты связался с ним? Как? — удивился Трейв.

— Тот-Кто-Сражается говорить: у каждый Восходящий быть свой секрет, — чуть улыбнулся Лэндо. — Если вы не отпускать меня — быть говорить с ними!

— Нет, это никуда не годится… — начал было Трейв, но его вдруг прервал резкий возглас Говорящей:

— Пусть уходит!

Трейв в некотором замешательстве оглянулся, и она повторила, встав рядом с ним:

— Пусть Лэндо Солнечное Крыло уходит с миром, если его тяготит жизнь с нашим Народом… До тинга немного древодней, что они решат? Мы верим слову Ветра Равнин и сдержим свое, хоть его сын и видит предателей в каждом углу.

Травинку бросило в дрожь от хищной улыбки мамы — она не означала ничего хорошего для принца, однако Лэндо, кажется, не понял подвоха.

— Да будет так, во имя Единых, — слегка поклонился он. — Я уходить завтра на рассвет.

После церемонии прощания, когда все разошлись, Травинка украдкой написала вокс-сообщение Динамиту — земные сети предоставляли единственное место, где мать не могла контролировать ее, — и тихонько пошла в хвостике толпы. После возвращения с Острова Трав ей вернули полную свободу — впрочем, куда она денется с охраняемой территории фригольда? Это просто большая клетка, и сейчас девушка чувствовала себя запертым в ней несчастным зверьком, вроде Кыша, которого не пускали к хозяину.