Книга Сложности классической некромантии 1, страница 14 – Сергей Горбонос

— Я понимаю.

— Всё. Подготовься хорошо. Эта дорога не будет легкой.

Эльфийка поклонилась и направилась к выходу, предварительно оставив кусок льда у гвардейца.

Когда за ней закрылись двери Сильвана еще раз встала со своего трона. Не спеша подошла к замершему безжизненной статуей гвардейцу. Посмотрела на его ношу.

— Так вот где ты снова появился. Но зачем? Хм… — алые глаза поднялись выше, на отрекшегося — Отнеси Гюнтеру. Передай, что через час я жду его с отчетом.

Короткий кивок и эта стальная стена доспехов, почти механически, двинулась к выходу из зала.

* * *

— Папа!

— Сын! Робин!

Два тела. Еще живых в своей нежизни, но ненадолго. Оковы, сдерживающие их души ослабевали с каждым мгновением. Сила, принудившая их к такому существованию, рассеивалась. Она истекала через поврежденное «вместилище».

Молодой, когда-то, человек. Ныне отрекшийся. И рядом такой же, но более старший, немертвый. Отец и сын. Одетые в защитные кожаные плащи. Охотники. Сейчас они истекали кровью, лежа на полу своего дома. На глазах плачущей жены и маленькой дочери.

Путь эти люди и стали отрекшимися, но от этого «людьми» быть не перестали. Сейчас женщина пребывала в настоящей истерике, одновременно заливаясь слезами и пытаясь хоть как-то помочь умирающим родным. А рядом в страхе давилась слезами маленькая дочка.

Помочь?

Сын лежал, пусть и в сознании, но ему оставалось немного. Полностью вспоротый живот не давал и шанса. Его же отец и того хуже. Он едва был «жив». Левая рука, с частью плеча была вырвана полностью. Под ним натекло достаточно крови. Понимание того, что прямо сейчас, всего через пару мгновений, женщина потеряет обоих самых родных людей, и она нисколько не может этого изменить, заставляло буквально выть от безнадежности.

— РА-А-А-А!

Хруст крошащихся под тяжелыми ударами бревен стены напоминал треск костей. Рык, заставляющих замереть сердце. Тварь, почти убившая обоих охотников, выследила их, придя по их кровавому следу.

— Не-е-е-ет!

Все, что могла сделать женщина — покрепче прижать плачущую дочь, когда часть стены разлетелась измочаленными кусками дерева, открывая широкий проход в дом.

Тварь. Создание некромантии и скверны. Огромная сгорбленная туша. Она казалась такой неповоротливой и медлительной. Частично разложившаяся. Поврежденная. Обманчивое заблуждение.

Огромные когтистые лапы, что были когда-то руками, начали раздирать остатки стены — так огромна она была. Когти бьют по полу дома, измочаливая несчастное дерево.

Мальчишка, из последних сил закрывая разорванный живот, пытается отползти подальше.

— Бегите! Лиза, спасай дочь — ненадолго пришедший в себя отец с жалостью смотрит на родных. Понимание того, что все зря, рвет душу не хуже когтей нежити. Ведь им не спастись.

— РА-А-А-А!!!

Пытавшаяся протиснуться тварь начинает орать еще сильнее. Странно. Он не пытается прорваться внутрь. Наоборот. Теперь он рвется назад. Удары обрушиваются на все, до чего монстр может дотянуться. Пол, стена, даже потолок. Словно… словно он бьется в агонии.

Зеленая жижа. Она начинает течь из пасти чудовища. Истекать из его глаз, ушей.

Истерия монстра затихает. Движения замедляются. А потом и вовсе… огромная туша замирает в образовавшейся дыре. Все вокруг продолжает заливать эта зеленая жижа.