Книга Душный наемник. Том 3, страница 116 – Сергей Горбонос

Ответом были четыре синхронных разочарованных вздоха:

— Мы тоже таких знаем, Молох, — Катарина постучала пальцем по банке и покачала головой. — Но всем им ещё лететь и лететь в ТэльМара. А эта штука растворяется быстрее льда на солнце. Мозги внутри просто не успеют изучить до момента их полного разложения. И мы никак не можем замедлить этот аномальный процесс. Ни регенеративная жидкость, ни консервация не помогают. Джозефина даже заморозку пробовала — это варварство, но и оно не помогло. Только когда мы поместили мозги в эту красную жидкость, которая наполняла их капсулу, только тогда смогли замедлить процесс распада. Но даже так, никто из знакомых ученых не успеет прилететь вовремя и… Молох, ты меня слушаешь?

Не то, чтобы капитан её не слушал, просто он аккуратненько бочком продвигался к выходу:

— Слушаю и даже вхожу в положение.

— Боком? В какое ты положение входишь — тюленя? Говори давай, что придумал. У тебя на кислородной маске всё написано.

— В последнее время меня пугает возрастающая тенденция угадывания моих эмоций по защитной маске… А если серьезно, как раз сейчас на борту Тора имеется одна особа, которая в этом разбирается.

— Ты привёз человека, разбирающегося в консервированных мозгах в банке? — Ох, леди Скарлет, куда же вы со своей непосредственностью… с ноги и в диалог — У тебя странные знакомства.

— А вы все себя нормальными знакомыми, значит, считаете? Хотя бы, потому что все присутствующие хорошо знаете меня — это уже обычных людей должно настораживать. А насчет того человека… Я надеюсь, что она сможет разобраться. По крайней мере, она точно знает больше нас. И… в любом случае, это лучше, чем сидеть тут и лить слезы над банкой с мозгами.

— Так чего ты стоишь и болтаешь, давно бы его позвал!

— Вообще-то, я как раз и шёл. Но вам моя морда маски не понравилась. В общем, иду. Скоро вернусь, без меня мозги не есть!

Получается, едва войдя в лабораторию, Молох был вынужден топать обратно. Правда, не сам. Не успел наёмник и десяти шагов сделать, как за ним увязался Макс.

— Можешь в официальные бумаги забивать имя нашего малыша! Я таки смог!

— Извини, Макс, но ты не в моем вкусе. К тому же, новую жизнь ты можешь подарить разве что глистам.

— Да, блин, нет! Я о нашем договоре. Название корабля! РазвраТор теперь останется с нами непокобелимым монументом решительности и смекалки, ведь у меня получилось извлечь и восстановить прыжковый модуль.

— Оп-па-а-а!

— Добро пожаловать в клуб «опа-пы». Теперь и ты с нами. Пойдем, расскажу по пути, что получилось сделать.

И Макс рассказал. После таких «рассказов» глаза на лоб вылазят от понимания гениальности некоторых личностей. И от понимания того факта, что они эту самую «гениальность» в себе не видят в упор. Проще говоря, история сводилась к тому, что Макс нашел нужный модуль. Конечно же в состоянии далеком от идеального. Но уважаемый механик не растерялся и восстановил всё, что смог. А потом залил в искин-проектировщик все данные и уже с его помощью доделал полностью утерянные детали. Звучит может и не особо сложно, но по факту, этот человек восстановил модуль, который видел первый раз в жизни.

— Я загрузил в проектировщик чертежи обычных разгонных врат. Уменьшил, выделил основные принципы цепей. Мы с искином сопоставили все варианты, я кое-что подкрутил… В целом, вроде заработало. — Сказано это было с такой мальчишеской наивностью, словно разговор шёл о ремонте капсулы сбора биоотходов, а не о автономном разгонном модуле космического корабля. — Но, есть нюансы, которые мне не удалось преодолеть.