Книга Кошки - Мышки, страница 8 – Светлана Нарватова

— Какое прелестное создание! — промурлыкал бог грудным голосом.

Ну, нет! Не дождетесь! Новикова не поведется на эту уловку. Она уткнулась носом в монитор и сжала мышку, словно это была граната.

— Она еще и скромна! Костя, где ты ее нашел? — продолжал Аполлон свой убийственный монолог.

"Где ты откопал это убожество?" — почитала Кира в его словах.

— Где нашел, там больше нет, — произнес в ответ техдиректор. — Шель, вали уже отсюда. Кончай смущать девушку!

Господи, она сидит, наверное, красная, как рак, и все это видят. Какой позор!

— Она так мило смущается, что удержаться просто невозможно, — продолжал мурлыкать бог.

Судя по голосу, он приближался. Кира подняла глаза. С легкой смешинкой в глазах, Аполлон высвободил правую руку девушки от мышки и склонился к ней с почти воздушным поцелуем.

— Мишель, арт-директор этой фирмы. А вы?

— А я технический писатель, — ответила Кира от волнения.

Ну, за что?! За что ей всё это?! Почему она не назвала имя, как все нормальные девушки?

— Всегда мечтал познакомиться с писателем, — игриво произнес Мишель.

— Я тоже, — обреченно выдавила Кира.

— Она еще и остроумна! — восхитился артдиректор, обернувшись к Константину Сергеевичу.

"Оно еще и разговаривает!" — перевел внутренний голос.

— Она еще и английским владеет, — уведомил техдиректор.

— И крестиком вышиваю, — не сдержалась Кира.

— Правда? — удивился Мишель.

— Нет.

Здоровая злость победила волнение, Кира отобрала свою кисть и вцепилась в мышку.

— Кира, я с вами не прощаюсь. У меня большие планы на вас и ваш язык, — двусмысленно мурлыкнул Мишель. — А это вам. Чтобы вы меня не забывали, — сообщил он, вырвал из блокнота лист и положил перед Кирой.

На белоснежном листочке был нарисован ее портрет. Легкий эскиз, в котором безошибочно узнавалась Кира. На рисунке она была в профиль. Мишелю удалось передать сосредоточенность и погруженность. При этом Новикова не выглядела "синим чулком" или зубрилкой. Девушка на портрете жила своей работой. И была очень милой. Кира вновь подняла глаза на арт-директора, который, к своей киношной внешности, оказался еще и талантливым художником.

— Такой вы мне нравитесь больше, — произнес Мишель человеческим голосом. И даже выражение лица в этот момент у него было почти человеческое. — До встречи!

Кира даже не догадывалась, что щеки у нее пылали стараниями не только арт-директора. В этот самый момент в кабинете генерального шло совещание. Ген-директор совещался со своим начальником службы безопасности, Александром Морозовым, по поводу нее, Киры Владимировны Новиковой.

— Ты, пожалуйста, собери информацию по этой новенькой, — просил Геннадий своего коллегу и приятеля. — С кем водится, где бывает.

— В чем-то подозреваешь? Может ее — того? Чисто профилактически.

— Ни в чем я ее не подозреваю. Дело сугубо личное. Так что прошу не в службу, а в дружбу. И, пожалуйста, никому ни слова про мою просьбу.

— Запал, что ли? — понимающе усмехнулся Александр.

Александр, как и положено настоящему мужику, был чуть красивее обезьяны. Его голова была лысой и блестящей. Как он утверждал, это жена выела ему всю плешь за двадцать лет семейной жизни. Оставшиеся волосы скучковались в мохнатых бровях, увеличивая и без того мощные надбровные дуги. Крупный нос был приплюснут в результате травмы, полученной еще в молодости. Массивная нижняя челюсть тоже бывала ломана, и не раз. Но при всей своей первобытной брутальности, Александр умудрялся постоянно обновлять парк любовниц.