Книга Кошки - Мышки, страница 56 – Светлана Нарватова

Спор — спором, но Ген-директор всегда оставался руководителем, и ему было крайне интересно, как девчонка поведет себя в этой щекотливой ситуации. Начнет оправдываться или кого-то обвинит в неудаче? Начнет и врать и изворачиваться о том, что, типа, флешку забыла, компьютер вчера сломался с уже выполненной работой? Или скажется больной и вообще на работе не появится? Поведение в случае провала как ничто другое обнажало истинную сущность человека. Кто же на самом деле эта Мышка? Гена взглянул на часы. Время без двух минут девять. Геннадий вызвал секретаршу и напомнил ей о том, что желает видеть технического писателя с презентацией. Карина «взяла под козырек» и заботливо поинтересовалась, завтракал ли начальник? Колчевский «уговорился» на кофе с бутербродом, но после разговора с Новиковой, и принялся ждать.

Кира появилась в 9:05. Неплохой результат для новичка, учитывая обстоятельства. Как Гена помнил из видеообращения к «Альте», девушка была маленькая и тощенькая. Выглядела она даже моложе своих двадцати шести. И вообще, в джинсах и свободной футболке, в которой небольшая грудь терялась, а худенькие плечики, напротив, торчали, Новикова больше напоминала юношу. Симпатичного такого юношу. Стрижка усиливала унисекс-образ. Ген-директор предпочитал женщин. Зрелых женщин, полноценных (с упором на «полно» в нужных местах), и Кира была не в его вкусе. Однако экзотика имеет право на существование. Иногда следует вносить разнообразие в сексуальную жизнь. Чтобы потом было с чем сравнить и убедиться в правильности выбора. Хотя, вдруг ему понравится? Может, в глубине души он латентный педофил с гомосексуальными наклонностями? Просто тщательно это скрывал. В первую очередь, от себя. Гена усмехнулся этой мысли.

Тем временем Кира, понурясь, подошла к краю стола и остановилась, будто проштрафившаяся школьница перед директором. Эта мысль вызвала в нем определенный отклик. Геннадий не практиковал ролевых игр. Считал их пустым баловством. Но эротических фантазий не чуждался. Особенно сейчас, пока, в силу отсутствия постоянной любовницы, Колчевскому приходилось заглядывать на сайты для настоящих мужчин, которые не боятся сделать что-то своими руками. Похоже, он уже достиг того возраста, когда мысль о сексе с — хе-хе — школьницей возбуждает сильнее, чем мечты о перепихоне с учительницей.

Новикова поздоровалась, не поднимая взгляд.

— Доброе утро, Кира Владимировна, — бодро произнес Геннадий, будто не знал, что для Новиковой это утро добрым не назовешь. — Присаживайтесь.

Он автоматически сделал жест в сторону кресла справа от стола, хотя посетительница на него не смотрела. Потому и не увидела. Или не захотела увидеть. Или посчитала себя недостойной. Во всяком случае, она не села, а всё также стоя и опустив глаза, произнесла на одном дыхании:

— Геннадий Николаевич, я не успела сделать презентацию, мне очень жаль.

Пока предельно прямо.

— И почему же, Кира Владимировна?

— Мне не хватило времени.

Опять прямо, без уверток и оправданий. С признанием ответственности. Идеальная, с точки зрения Колчевского, стратегия поведения работника. В норме. Но ситуация-то была ненормальная. И сейчас Ген-директор предпочел бы, чтобы Кира покаялась, поплакалась, поупрашивала бы его… То есть обращалась к мужчине, а не к руководителю. Но как она может увидеть в нем мужчину, если глаз не поднимает? Хотя в этом тоже что-то было… Из любимого Гениного «Да, Господин. Слушаюсь, Господин». И это затягивало.