Книга Брендинг как сексуальное извращение, страница 72 – Светлана Нарватова

— Ты не могла бы объяснить свои претензии человеческим языком, не срываясь на ультразвук?

— Ты можешь объяснить, как я тут оказалась?

Тимур попытался сосредоточиться, но продукты мыслительной деятельности разбегались от молоточков в голове.

— Не могу, — честно признался он.

— Как ни старайся, Шварценеггер из «Вспомнить всё» из тебя не получится. Против твоего бессилия свидетельствуют презервативы, — Котя ткнула пальцем куда-то за пределы кровати.

Тимур сжал голову с боков, — чтобы не развалилась, поднялся на локтях и действительно увидел две поюзанные резинки на полу.

— Кать, если бы я был в памяти, они бы лежали в мусорном ведре, — убежденно возразил Тимур. — И я бы хоть что-то помнил, — простонал он следом. — И вообще, ты бы предпочла проснуться в кровати со мной, а презервативов вокруг не обнаружить?

Хотя, возможно, это был бы и неплохой вариант, Тимур ухватил-таки за хвост убегающую мысль. Катя тоже с ответом задержалась, отметило сознание Тима независимо от него.

— Однако выполнить норму это тебе не помешало! — вынесла Котя обвинительный вердикт.

— Дай мне полчаса и бутылку пива, и я опять буду готов к выполнению нормы, — ответил Тимур, но заметив гневное выражение лица собеседницы, поправился: — Стакан пива и пятнадцать минут! — Котя скрестила руки на груди. — Ну, пять минут в туалет сбегать. ПопИсать! — Тимур состроил просительную физиономия и сложил в мольбе ладошки.

— Ну уж нет, пИсать первой бегу я! — возразила Котя на пути к санузлу.

Когда первый шок от пробуждения в чужой постели прошел, на Котю нахлынули воспоминания вчерашнего вечера.

Импровизированный банкет начал хвалебной речью Тяжелков. Она скорее почувствовала, чем услышала, как сзади подошел Тимур. Он взял ее за руку. Котя позволила себе несколько секунд насладиться теплом его твердой руки, после чего высвободила свою кисть и отошла в сторону. Она веселилась, смеялась, кокетничала с другими мужчинами, краем глаза ловя, как мрачнеет Тимур. Он все чаще оказывался возле стола, опрокидывая рюмочку коньяка. В процессе очередной словесной баталии с милым молодым человеком, вроде как строительным прорабом, Котя потеряла Тима из виду.

Она искала его, скользя взглядом по залу, но его нигде не было. Кокетство сразу потеряло всякий смысл и вкус. В голове стали мелькать картинки тамерлана в седле верного «броневичка», рассекающего просторы городских дорог, звон разбитого стекла, капли крови на снегу…

Добравшись до окна, выходящего на стоянку, она с облегчением обнаружила машину Тимура на месте.

Приемная исполнительного директора была открыта, и из его кабинета через щель просачивался слабый свет.

Тимур сидел в мягком кресле «представительской зоны», уронив голову на сомкнутые в замок руки. У Коти защемило сердце, так ей вдруг стало жаль его, этого гордого одинокого зверя, которого она отвергла.

Вообще-то этот зверь относится к отряду парнокопытных, напомнила Пятая Точка.

И в такой трактовке то, чем ты собираешься заняться, тянет на зоофилию, съехидничал Мозг.

Всем заткнуться! А то вдруг передумает, неожиданно нашли общий язык Сердце и То Место, Которое Никто Не Спрашивает.

Котя бесшумно приблизилась к тамерлану и провела рукой по жестким черным волосам.

Тимур поднял голову, пробираясь в самую душу взглядом черных глаз.