Книга Женщина: взгляд изнутри, страница 24 – Светлана Нарватова

Увлеченный своими размышлениями, но не слышал — да и не мог слышать — тихо произнесенные за дверью слова: «А это оказалось проще, чем отобрать у ребенка конфетку!»

Сентябрьское утро бодрило прохладой и радовало солнышком, которое приветливо заглядывало в ординаторскую.

— Лизетта, вы ли это?

— Стас, за те два дня, что мы не виделись, пластических операция я не делала. И даже брови не выщипывала.

Лиза потянулась, — тот, кто придумал утро, был садистом, это точно, — и отвернулась от завотделением, чтобы повесить плащ в шкаф.

— Но сияешь ты как лампочка Ильича, — возразил Стас.

— Бодр ты, мужик, для после-ночной-смены, — проигнорировала намек Лиза.

Стас хмыкнул:

— Не поверишь, так вот до самого утра бабы спать и не давали… Да так изощренно!

— Что, опять кого-то резать пришлось?

Завотделением пожал плечами:

— Так разучились же на Руси женщины рожать. Поскольку в поле не пашут, хлебА не жнут, за скотиной не ходют… Отбились от рук: кони скачут, избы горят.

— И не говори. Каждая первая — хворая, каждая вторая — больная, — согласилась Лиза, роняя себя в кресло.

— А ты мне язык не заговаривай. Откуда такая цветущая?

— От верблюда! — и она показала Стасу язык.

— Это ты в смысле: «попутного ему ветра в горбатую спину»?

— Все не так плохо, — хохотнула Лиза. — Я даже рассчитываю на продолжение. Но знаешь, вы, мужчины, та-акие предсказуемые…

— Не могу спорить. У нас, мужчин, это называется «здравым смыслом». А столь ценимая тобой «непредсказуемость» представительниц прекрасного пола обычно именуется «женской логикой». Что ты там учудила?

— В целях индивидуального осеменения провела операцию по захвату спермоносителя. Без наркоза.

— Дура ты, Лизка. Опять взялась за старое?

— Нет, этот вполне так себе молод. И хорош. И умен. И здоров. Да я просто не смогла удержаться! nbsp; Станислав Борисович рассмеялся, сняв очки и вытирая слезы. Успокоившись, он вполне серьезно произнес:

— Лиз, ну куда ты торопишься? Встретишь путного мужика, выйдешь за него замуж, там и детей нарожаешь.

— За последние 12 часов ты второй, кто говорит мне по путных мужиков. Тенденция пугает. А по поводу остального… Мне тридцать пять. В моем возрасте первородящие уже даже не старовозрастные, а древневозрастные.

— Ты прекрасно знаешь, что и за сорок женщины нормально рожают первенцев…

— Рожают. Но ждать до сорока в надежде на мифического Путного Мужика, которого в глаза никто не видел, я не хочу.

— Ребенку нужен отец, Лиза.

— Будем решать проблемы по мере их поступления. И кончай уже со своими мудрыми советами. Раз ты такой умный, почему же ты такой неженатый?

— Ли-иза, — произнес Стас тоном «ай-ай-ай!» и покачал головой. — Какая ты сегодня недобрая девочка!

— Я очень добрая девочка сегодня. Поэтому рассказывай, что у нас?

— Оставил две истории на столе, посмотри, по твоей части. Вчера поступили.

— Малый срок, угроза?

— Угу. Койки были, принял. Анна Ильинична у нас опять с сердцем, возьмешь ее палаты в понедельник?

— Да как я могу отказать? На пенсию бы ей уже пора. Лет двадцать как.

— Ага! А работать кто будет?

— Молодым везде у нас дорога!

— Вот и пусть… себе катятся… Мы живем в удивительной стране, Лиза, где министр здравоохранения официально называет уровень выпускников «бессовестно» низким. Представь, каков он на самом деле. Ладно, давай по сорок капель, да я уже поеду домой. Пост сдал.