Книга Новые детективные истории эпохи Мэйдзи, страница 6 – Анго Сакагути

— Я из Босю, – сказал он, – видел, как это ныряльщицы делают. Если привязать к человеку камень в четыре-пять канов^[8], можно спокойно опуститься на дно и осматривать его. А потом отпустишь камень и легко всплываешь.

Он приказал двоим колодезникам подготовить страховочные пояса и при необходимости тянуть за них, по очереди давал им камни, и велел обследовать дно. Сам он трижды погружался таким образом – и в конце концов убедился, что в колодце нет никакого тела.

— Значит, сюда никто не бросался. Есть ли еще колодцы в округе?

Конечно, в те времена в каждом доме имелся колодец.

В доме Мори на кухне был земляной пол с колодцем. Кроме того, рядом с конюшней располагался еще один. Их обследовали – и нигде не оказалось тела Саэко. Обыскали колодцы всех соседних домов – но и там ее не нашли.

— Тогда, наверное, она бросила камень в колодец, чтобы все подумали, что она утопилась, а сама сбежала домой. Где она живет?

— Ее семья разорилась, родственников почти нет. Остался один брат, который живет у родителей О-Соно, то ли гостем, то ли как постоялец. Правда, О-Соно? У нее ведь больше нет родичей?

— Понятно. Тогда проводи нас до дома О-Соно и проверь – если он там, приведи его, – дал указание полицейский молодому констеблю, и тот, с О-Соно в роли проводника, отправился в Ситая.

* * *

Брата Саэко звали Ёри Дзютаро. Ему было двадцать пять лет и он учился в университете. Из-за нужды он поступил в университет позже, поэтому оказался немного старше своих однокурсников, но при этом – одаренный, смелый, пылкий молодой человек, любящий справедливость и решивший посвятить себя защите слабых и бедных, то есть – настоящий герой.

Члены семьи О-Соно, прямые потомки Курумы Дзэнсити, издавна занимали пост вождя хинин. Однако по настоянию Дзютаро нынешний вождь пять лет назад бросил это дело и открыл аптеку. На самом деле Дзютаро начал изучать жизнь нищих и пытаться направить их к честному труду в семнадцать лет. Однако единственным, кто прислушался к его совету, был отец О-Соно – Курума Тёкуро. Он открыл аптеку, обучал всех желающих из своего круга искусству уличных торговцев, а также снабжал лекарствами нищих, стремясь сначала вылечить их, а потом помочь найти честную работу. Но поскольку сложно бросить в три дня то, чем занимались поколения предков, никто не желал менять своего занятия. Они родились нищими и не тяготились своим положением, так что и прекратить сразу не могли.

Курума Тёкуро разочаровался из-за того, что другие нищие не брали с него пример, и убедил Дзютаро не бросать учебу, чтобы посвятить себя нищим. Однако Дзютаро открыл небольшую школу в квартале нищих и обучал детей с расчетом на то, что когда те вырастут, квартал постепенно исчезнет. Он попросил единоверцев-христиан, Имамуру Садзэна и его жену, взять Саэко и О-Соно на службу в дом Мори. Дело в том, что Имамура Камэдзё из бедного самурайского рода вышла замуж за такого же бедного самурая Садзэна и зарабатывала у Мори на жизнь скромные деньги. Но Камэдзё также была известна как поэтесса и знаток каллиграфии, икебаны, чайной церемонии и кулинарии. Ее глубоко почитали, и она не брала учеников, жила в бедности, и те, кто знал это, видел еще большую простоту. Поскольку Камэдзё пользовалась такой репутацией, она могла смело поручиться за Саэко и О-Соно, чтобы их взяли в дом Мори для обучения этикету. Поскольку она не брала учеников и не держала дома служанок, то доверила этих двух девушек Мори, чтобы там их обучили хорошим манерам. Господин Мори нисколько не удивился, узнав, что девушки происходят из бедных слоев, а вот его жена Ясуно и дочь Тацуко отнеслись к О-Соно и Саэко с неприязнью. Особенно Тацуко завидовала девушкам из-за их красоты, доставляла им всяческие неприятности и подвергала унижениям. Старшая служанка Хацуэ воспользовалась этим и подстрекала ее. Тацуко уговорила родителей нанять к себе в личные служанки бедную самурайскую девушку Савако и порой говорила: