Книга Остров Свободы 12.04.1961, страница 58 – Антонио Морале

Я хорошо помнил то ужасное событие, которое ещё только произойдёт в марте 68-го года во Вьетнаме в небольшой деревенской общине. В истории оно навсегда останется как «Массовое убийство в Сонгми». Военное преступление, совершённое солдатами Армии США получит мировую известность и войдет в учебники истории.

Гордые и правильные миротворческие солдаты Армии США совершат безнаказанное массовое убийство, убив 504 безоружных жителя, которые не оказывали никакого сопротивления. 504 — именно столько имён нанесено на установленный в деревне мемориал. Из них 173 ребёнка и 182 женщины…

Многие жертвы перед убийством были подвергнуты пыткам, а женщины — групповым изнасилованиям. Преступление, которое ужасает своим цинизмом и безнаказанностью. За всё, что сотворил взвод американцев, был наказан только один солдатик.

Уильям Келли был признан американским судом виновным, но проведя три с половиной года под домашним арестом, был помилован и выпущен на свободу. Справедливое американское правосудие… И эти люди называют себя миротворцами в 21 веке. Нация героев!

Но до этого события ещё семь лет. А я сделаю так, что свою Сонгми американцы получат сегодня. Нет, мы не будем нападать на мирный город и стирать с лица земли всех его жителей. Американские солдаты всё уже сделали, нам нужно лишь слегка подправить действительность и показать, что случилось бы, если на их пути оказался не пустой рыбацкий посёлок, а самый обычный мирный, жилой городок…

— Хосе, есть знакомые режиссеры? — Задумчиво обратился я к своему другу. — А ещё, может знаешь, где можно достать камеру, желательно с оператором?

— Хочешь запечатлеть момент славы? — Тут же откликнулся парень.

— Да, можно и так сказать.

— Камеру достать не проблема. Сын моего друга увлекается, вернее мечтает стать знаменитым кубинским режиссером. Не так давно, на его день рождения, мы скидывались на подарок мальцу. Подарили хорошую современную камеру. Ты не представляешь, какая это дорогая штука! У нас в центре есть небольшой магазин контрабандной американской техники, как раз там мы и покупали. Так что камеру достать не проблема. А вот режиссёров… — Вздохнул он. — Не, кубинских режиссеров не знаю.

— А если не кубинцев? — Ухватился я за его странную оговорку.

— Хм. — Он задумчиво почесал кончик носа. — Какой-то русский приезжал недавно, смотрел локации для съёмок фильма. Уова — кажется так его звали! Вот такой мужик! — Хосе продемонстрировал мне сразу два больших пальца вверх на обеих руках. — Мы с ним хорошо посидели в баре, я учил его пить ром, а он говорил, что наш ром слишком слабый. Ты представляешь?

— И как, нашел?

— Что именно? — Не понял Хосе.

— Локацию…

— А! Да тут сложно не найти. Куба одна сплошная живописная картинка — это он так говорил. — Хосе снова нахмурился. — Но уехал он с бара недовольным, расстроился сильно.

— Почему? Ты же сказал, у нас ему понравилось.

— Понравилось! Даже очень! — Хосе уверенно закивал. — Но сказал, что вероятнее всего, денег ему не видать от Коскино.

— Госкино?

— Да, он таки сказал. Коскино. Фамилия такая, русская. Наверное, важный человек в Союзе.

— Это не фамилия. — Усмехнулся я. — Но не важно. Он ещё тут, не знаешь?

— Не знаю.

— Узнай. Если он здесь, тащи сюда. Срочно.

— Да а как я его найду? Гавана большой город.