Книга Проклятье, с*ка! Книга 4, страница 75 – Антонио Морале

— Ну как парни? Нравится? Ни бежать, ни использовать дар… Мы снова поменялись местами. Как видите, в эту игру можно играть и в ваши ворота.

— Юсупов, ты что задумал? — не выдержал Огава, решившись на прямой вопрос по делу и морщась от боли в сломанных коленях.

— Ничего. Просто зарою вас здесь. — кивнул я в сторону ямы. — Всё просто.

— Но ты чего-то хочешь. Иначе, зачем было затевать этот разговор.

— А ты догадливый. — похвалил я улыбнувшегося уголками губ Рио и подкинул молоток в ладони. — Хочу для начала переломать вам каждую косточку, каждый хрящик… Чтобы вы до конца поняли, как ощущали себя жертвы ваших развлечений.

— Возомнил себя мстителем? — хмыкнул Огава, усиленно работая мозгом в поиске выхода из этой ситуации. — Спасителем угнетённых, сирых и убогих?

— Не. Просто не люблю таких как вы. На сирых и убогих мне, по большому счёту, плевать. Да и мстить я не люблю. Просто устранить вас рациональнее, чем постоянно оглядываться и ждать очередного подвоха.

— Не выйдет! — покачал Рио головой. — Наши семьи всё равно всё узнают, и убийство так просто не спустят. Допросят всех, вывернут шкуры и мозги наизнанку, и рано или поздно выйдут на тебя или на неё. — Рио кивнул на стоящую позади меня Мику. — А если и не узнают, допустим есть такой мизерный шанс, то просто сделают вас крайними. На кого-то же нужно всё повесить, чтобы восстановить репутацию. Всё, заканчивай это представление. Покалечил и ладно — угомонись на этом и тихонько порадуйся. На членовредительство мы закроем глаза, так и быть. Подружку оставь и иди… — с позиции силы нагло заявил парень.

— Членовредительство… — задумчиво повторил я за ним, тяжело вздохнул, достал из кармана нож и повертел его перед собой, разглядывая лезвие. — Я думал об этом и склонен согласиться с тобой. Убивать наследников таких семей как Огава и Сакаи… Мне это не простят. А членовредительство — это хорошая мысль. Отрежу вам причиндалы, чтобы вы больше никого здесь не насиловали и не размножались. У нас это называется — выдать премию Дарвина.

— Сука. Не тронь меня! — не выдержал Шин. — Тебя отчислят, а твоей покровительнице за тебя ой как больно прилетит! Привезла с собой такое убожество!

— Да? Хочу тебя огорчить. Меня уже отчислили. Так что мне плевать. Теперь я могу делать с вами, что хочу. — я хищно улыбнулся Шину, с удовольствием наблюдая, как ещё сильнее бледнеет его лицо.

— Сука! Я тебя урою! — тихо прошептал парень.

— Интересно как? Завтра утром я уеду в Россию и с вашей конченной страной меня больше ничего не будет связывать.

— Бросишь всё? — поверив моим словам, осторожно поинтересовался Огава.

— Что всё? У меня здесь ничего нет, идиот.

Рио поиграл желваками, глянул на своих парней и тяжело вздохнул.

— Хорошо. Чего ты хочешь? Давай нормально скажи.

Во! Это уже хорошо — пошла стадия торга.

— Чего мы хотим Мик? — обернулся я к девчонке, всё это время не проронившей ни звука, словно мышка.

— Чтобы они сдохли! — тут же отозвалась кицунэ, будто только и ждала, когда спросят её мнение.

— Ну вот, ты слышал. — пожал я плечами, снова повернувшись к Рио. — Она ещё более безумная, чем я.

— Ладно. Давай нормально. Денег? Место в совете? Что! Тебе! Нужно⁈

Я искренне рассмеялся и перекинул нож из одной руки в другую, играясь с ним.