Книга Проклятье, с*ка! Книга 1 (с иллюстрациями), страница 30 – Антонио Морале

— А вообще, ты слишком мал для того, чтобы знать об этом! — Фыркнула рыжая Нинка…

Нинку я невзлюбил сразу, и мне пришлось терпеть её в нашей компании целую неделю. Самая хреновая неделя в моей жизни. Не знаю почему. Они заняли место на моей крыше и вечно шептались и хихикали о чём-то своём. Мне это не нравилось. Особенно то, как Нинка смотрела на Олю. Хотел проклясть её, но не стал. Это как-то по-детски, словно я маленький обиженный ребёнок.

Я отстранился от этих двоих и демонстративно перебрался на другой конец крыши, места здесь хватало.

А через неделю Оля пришла на наше место сама. Подсела ко мне, как в наш первый раз, положила голову на плечо и взяла под руку.

— Прости, Макс. Я больше так не буду… Что-то немного не туда меня занесло…

— Проехали. — Чересчур легко простил я её.

— Мы с Нинкой расстались… Я с ней порвала…

— В смысле «расстались»? — Не понял я. — Поссорились? Не дружите больше?

— Ну, можно сказать и так. — Загадочно вздохнула Оля. — Больше не дружим…

— Что случилось?

— Она над тобой посмеивалась… От кого-то узнала, что ты раньше был… болел. Не люблю, когда за спиной человека говорят о нём гадости и смеются…

— И хорошо, что расстались. Она мне сразу не понравилась. Стерва – твоя Нинка. И дура, каких поискать. И это не гадости, а правда.

— Я знаю. — Вздохнула Оля. — Но хорошенькая стерва…

— Но дура! Озабоченная дура. — Уточнил я. — Вечно у неё в голове один секс и все разговоры только о сексе. Она о чём-то другом вообще говорила за эту неделю? — Всерьёз задумался я. — Только языком и молола…

— Да… Языком работать она умеет… — Согласилась Олька, и на этой ноте мы закрыли все наши разговоры о Нинке…

* * *

Примерно такое зрелище (в аниме-стиле) лицезрел герой на утро после клуба.

Экзамены я сдал сразу за пять классов, не стал мелочиться, и теперь усиленно готовился сдать ещё за три года. Не сразу, думаю месяца за три я подтяну все знания, и тогда буду готов. Кстати, это очень удобно. Не пришлось никуда ходить, ничего оформлять, ничего выдумывать.

Внесли вступительный взнос, в присутствии моего преподавателя, которым являлась Светлана Анатольевна, инициировались в системе ИмперМинпросвящения, подтвердили данные экзаменуемого, то есть меня, и приступили к экзаменам.

Пять часов тестов, пять минут ожидания результатов и всё! Я получил диплом об окончании пятилетней школы и статус гражданина Империи с правом голоса. Что даёт это право голоса, я разберусь потом, не для этого я всё затевал.

И даже не ради поцелуя в щёку от своей счастливой преподавательницы, которая гордилась своим учеником. Кажется, Светлана радовалась даже сильнее меня. Если честно, я вообще впервые видел её счастливой, а не суровой и строгой.

Мне выплатили стипендию, за все пять пройденных лет учёбы, целых 2200 рублей. Это ни много, ни мало – полугодовая зарплата Мирославы. Вот ради чего была вся затея. Да, ради денег, как бы банально и корыстно это ни звучало.

С первых, честно добытых мною денег, заработанных собственным умом, я собирался приобрести себе, наконец, отдельную кровать. Иногда было неловко спать со взрослой, и по факту, чужой мне взрослой девушкой. Она мне не сестра и не мать. Хотя, спать мальчику с матерью и сестрой было бы не менее неловко. А Мира, к слову, была мне в чём-то даже роднее… В общем, всё это было неловко, непонятно и нелогично. Логично же – что мне нужна отдельная кровать.